Я отрицательно покачала головой.

— Она не точная. Она указала нам город, а не адрес. Нам по-прежнему предстояло найти его самим. — А в таком большом городе, как Чикаго, это займет много времени, даже со спутниковыми снимками и описанием.

— Что насчет протеста? — спросила я Люка.

Люк кивнул.

— Катчер следит за ним. У него по-прежнему есть контакты твоего дедушки в ЧДП, и они обратились к нему за советом относительно ситуации с суперами. К счастью, у ЧДП все еще есть места обитания вне залов Центра Дэйли.

— А Этан? — спросил Джонах.

— Эндрю звонил с новостями. У него есть готовые для подачи иск и жалоба на клевету против города, на основании списка врагов народа. Он просто ждет, пока юристы Скотта их просмотрят. От Моргана ни слова не слышно, разумеется, но это весьма ожидаемо. Он предпочитает игнорировать проблемы, пока мы с ними разбираемся.

— Все еще ничего не известно относительно освобождения, но Эндрю говорит, что ему разрешили посетить Этана пару часов назад. Он выглядит потрепанным — псы из группы по терроризму очевидно используют эту уникальную возможность испытать границы Восьмой Поправки.

Что касается именно этой поправки, как я вспомнила из того одинокого урока истории в колледже, она включала в себя жестокое и необычное наказание, и это не заставило меня почувствовать себя лучше.

Я взяла себя в руки.

— Насколько все плохо?

— Синяки, сломанная скула. Эти хмыри считают, что спасают мир. Во многих случаях, они, возможно, правы. Но не в этом. — Люк похлопал меня по руке. — Я дам тебе знать, если что-нибудь произойдет. Съезди, проверь парк. Не все сразу.

***

Гумбольдт-Парк был большим, L-образным открытым пространством из травы, деревьев и пешеходных дорожек, бейсбольные поля располагались между Гумбольд-Парком и районом Украинская Деревня. Трава все еще была покрыта снегом, за исключением нижней стороны парка, где расположилась лавка «Зимняя Страна Чудес Джека Фроста». Реган снова сменила название, но сам карнавал выглядел и пах так же.

Джонах припарковался вдоль улицы.

— Катана? — спросил он, когда мы вылезли из машины и перелезли через кучу снега, которая все еще лежала вдоль обочины.

— Думаю, не сегодня. Слишком подозрительно. У меня есть кинжал. Что насчет тебя?

— Аналогично. Плюс парочка дополнительных игрушек.

По общему мнению для вампиров считалось низко носить скрытое огнестрельное оружие. Катану, примерно метр заточенной стали, было трудно скрыть, что делало ее использование более почетным среди вампиров, которые на самом деле печились о таких вещах. Я понимала сентиментальность, но в Чикаго двадцать первого века нужно быть немного практичнее.

— И что это за игрушки? — поинтересовалась я, засовывая руки в карманы куртки, чтобы защититься от холода, пока мы шли к входу на карнавал.

— Сюрикены, — ответил он. — Звезды ниндзя, в американской терминалогии.

Я кивнула.

— Ну еще бы. Не терпится увидеть их в действии. — Было поздно, и поблизости было немного людей. Но время от времени мимо нас проходили парочки, так что это, наверное, было не самое лучшее время для сюрикенов.

Мы зашли внутрь и начали с парка развлечений. Мы могли купить билеты на метание колец, стрельбу по уткам, бейсбольный бросок или игру с водяным пистолетом, а также торты «Муравейник» с любым количеством начинок.

Мой живот начал урчать. Я не смогла вспомнить, когда в последний раз ела.

— Хочешь поужинать? — спросил Джонах.

— Не здесь. — И не сейчас, когда есть шанс, что нам в конечном итоге придется гнаться за неопознанным супером.