Я почувствовала толчок удивления от Этана и поняла его. Но мы были вампирами, и насилие было направлено не на нас. Возможно, они должны были доказать миру — и самим себе — что могли отыграться.

— Мы желаем вам только хорошего, — сказал Этан. — И, безусловно, рады помочь, чем сможем.

Часы пробили шесть часов со звуком, подобно церковным колоколам, и дверь, заскрипев, открылась.

Оборотень, который стоял в дверях, был высоким и мускулистым, с черными волосами, которые доходили ему до плеч и намеком на щетину. Его кожа была медового оттенка, а глаза шоколадно-коричневого цвета и глубоко посажены, сглаживая отточенные скулы и полные губы. На нем была куртка САЦ поверх джинсов и сапог, и вереница замысловатых шнурков и витков на его правом запястье.

Поскольку оценка мужественности другого парня не казалась подходящей при данных обстоятельствах — и учитывая уничижительный взгляд со стороны Этана — я приглушила выражение своего лица. Но поскольку я отвернулась, то случайно поймала наивный интерес на лице сестры Тани. Я уже видела такой взгляд раньше — у меня раньше был такой взгляд — и он был сразу же узнаваем, так же как и то, как она словно вжалась в свое собственное тело, как будто заставляя себя исчезнуть. Она была заинтересована в этом новом оборотне, но пока не призналась в своих чувствах. Это был взгляд каждого подростка, который сталкивался лицом к лицу с предметом обожания в средней школе, каждой студентки, которая решила, что объект ее любви был не из ее лиги.

Все это время оборотень смирно стоял столбом перед своим Апексом, не обращая внимания на желание в ее глазах, ожидая инструкций.

— Дэмиен Гарса, — представил Габриэль, указывая на него. — Член Стаи.

Гейб указал на нас.

— Мерит, из Дома Кадогана. Этан Салливан, из Дома Кадогана. И ты знаешь Катчера и Мэллори.

Этан кивнул, и Дэмиен наградил нас небольшим наклоном подбородка, его лицо было лишено выражения.

— Дэмиен здесь, чтобы сообщить о наших пропавших товарищах, — сказал Гейб, подавая сигнал Дэмиену начинать.

— Нет никаких признаков Алины, — сообщил Дэмиен, его акцент был мелодичным. — Но тело Роуэна было найдено. Сразу за границей леса на южной стороне поляны.

Выражение его лица было таким же безучастным, как и раньше, но магия в комнате прискорбно понизилась, становясь слабой и грустной. Гейб закрыл глаза и откинулся на спинку дивана, плечи тяжело опустились в печали.

— Мы сожалеем о вашей утрате, — мрачно сказал Этан.

Нам приходилось говорить это слишком много раз с момента нашего прибытия в Лоринг-Парк.

Гейб кивнул, потирая лоб ладонью, как будто желая снизить там давление.

— Алина ушла по собственному выбору или по принуждению?

— Я не знаю, — ответил Дэмиен. — Но она не в имении. А я хорошо искал.

— Наверняка она просто уехала домой, — сказал Финли, глядя на своих собратьев оборотней. — Покинула владения из-за драмы.

— Все эти годы она не уезжала, — произнесла Фэллон. — Почему бы ей уезжать сейчас?

— Потому что вы привели колдунов и вампиров в свое святилище.

Все глаза устремились на Мэллори, которая произнесла эти слова. Она пробежалась глазами по комнате, обмениваясь взглядом с каждым оборотнем, акт извинения и расплаты.

— Это правда, прямо из ее уст, — сказала Мэллори. — Может это было последней каплей для нее.

— Независимо от причины, — произнес Гейб, — Выбор времени подозрительный. Она ушла именно тогда, когда ночь принесла трагедию нашим людям, а я не верю в совпадения.

Он поднял взгляд на Дэмиена.

— Отправляйся к ней домой.