— Ты, Ричард? — спросила изумленная Элеонора, которая не ожидала, что ее младший, такой мягкий сын решил принять участие в войне. Она считала его почти священником, полностью отданным в руки Господа. — Почему ты хочешь пойти на войну?

— Я чувствую, что это мой долг.

— Но, дитя мое, я подумала, что ты решил посвятить свою жизнь служению Господу. Я даже полагала, что ты готов отправиться служить в приход.

Ричард подошел к окну и взглянул на зеленые холмы, тянувшиеся на юге.

— Я очень много размышлял о своей жизни, пока был в колледже, — сказал он. — Чем больше я думал об этом, тем сильнее чувствовал, что избран Богом не для того, чтобы жить затворником. Я понял, что Бог хочет призвать меня нести Слово Божье в мир, который полон несправедливости и соблазнов. Именно в миру идет постоянная борьба добра и зла за души человеческие. Я хочу быть странствующим проповедником, как преподобный Томас. Только так я принесу больше всего пользы. Если я призван помочь людям, то обязан знать природу вещей и набраться опыта. Поэтому я должен отправиться во Францию. Вы меня понимаете, матушка?

Последний вопрос прозвучал почти жалобно, как будто он боялся, что мать может поднять его на смех. Но когда он обернулся, чтобы взглянуть на нее, ее глаза сияли любовью и восхищением.

— Я понимаю, сын мой. Я сообщу милорду Глостеру, что ты готов служить под его началом. О Ричард, как я рада! Ты младший из моих сыновей. Хотя я не стала бы противиться тому, чтобы ты выбрал для себя стезю священника, я очень довольна, что Бог распорядился так, чтобы ты оставался в миру.

Ричарду Глостеру был отправлен ответ, в котором Элеонора обещала милорду четверых вооруженных всадников, включая самого господина Ричарда Морланда, и двадцать лучников. В конце января 1475 года один из командующих вооруженными силами Глостера Бланк Синклер Персевен посетил Морланд-Плэйс, чтобы заранее выдать жалованье воинам и обсудить вопрос, касающийся обмундирования. Все воины, независимо от места назначения, должны были носить символ Глостера — изображение белого вепря.

— Господин должен прибыть двадцать шестого мая в Бархем-Доун, поблизости от Кентербери, — сообщили Морландам. — Милорд отправится по дороге через Йорк, поэтому вы можете присоединиться к нему там.

— Милорд собрал нужное число людей? — спросил Эдуард из интереса.

Глашатай довольно улыбнулся.

— Белый вепрь так храбр и решителен в сражении, что воины готовы немедленно стать под его знамена, — сказал он. — Милорд собрал на три сотни людей больше, чем планировал.

Стоял яркий майский день, когда все обитатели дома собрались во дворе, чтобы попрощаться с воинами, которые должны были присоединиться к славному войску герцога Глостера. Элеонора прошла с благословением сквозь ряды, останавливаясь перед каждым с добрым напутственным словом. Ее память неизменно возвращалась к тому утру четырнадцать лет назад, когда она отправляла на войну своих сыновей, чтобы никогда уже не увидеть их снова. Элеонора не могла поверить, что прошло так много лет с тех пор. Хелен тоже должна была помнить своего любимого мужа, который уезжал в тот же день. В ее глазах были слезы, когда она стояла с Эдмундом, которого теперь считала своим сыном, на ступеньках дома, наблюдая за происходящим. Форма воинов была яркого цвета, их голоса звучали бодро и весело. На одежде у каждого из них красовалось изображение белого вепря. Все как один мечтали отправиться в славный поход, предвкушая почести и богатые трофеи.