Ян молчал и слушал, пытаясь утрамбовать в голове всё, о чём ему сообщала разумная машина.

На Каюррианском Флоте с дроидами были особые отношения. Так повелось, пожалуй, ещё с тех самых первых дней, когда капитан Хирако только попался на крючок Лорда Про. И если тогда ситуация не вызывала особых опасений, то к нынешнему моменту практически каждый офицер знал: если что — их жалеть никто не станет.

Чужие не станут, имеется в виду.

Свободный и неограниченный машинный разум не просто так считали угрозой во всей галактике. Обеспечить его бесперебойную и надёжную службу считалось задачей невозможной. То, в каком направлении развивается самовольная программа, то, к каким методам прибегнет для выполнения тех или иных задач — обо всём этом разумные могли лишь догадываться. Даже инсекты, с их-то мозгами, не лезли в дебри машиностроения, предпочитая выполнять все предписания во избежание худшего.

Слишком сложной, просто неподъемной для органического разума была система, на которую слепо полагались триллионы разумных, населяющих галактику.

Но Лорд Про, кем бы он ни был, — а мыслишки на этот счёт нет-нет, но посещали многих, — добился невозможного: поставил себе на службу машинный интеллект. Не огрызок, как теперь без лишних ушей величали «стандартных» дроидов и прочие системы, а полноценный, саморазвивающийся разум. Последний мог сколь угодно долго прикидываться огрызком, но в реальном деле неизменно демонстрировал сверхрезультаты… если, конечно, наблюдателей или не было, или их можно было обмануть, или устранить, любым способом обеспечив сохранность Каюррианской тайны.

Естественно, вслух никто ничего такого не говорил, но каждый знал, что даже «простой» дроид-штурмовик в случае нужды может сделать не меньше, чем матёрый головорез с тридцатилетним и необычайно широким опытом, а штатные сервис-дроиды способны в пути починить то, для чего, вообще-то, обычно полагается заходить в ближайший док. Ну или самостоятельно приголубить электрическим разрядом недоброжелателя, который сунул свой нос, куда не следует.

И Ян, как один из наиболее высокопоставленных офицеров флота, имел доступ к информации из категории «перед прочтением отформатировать».

Правда, великая нужда в снятии ограничений, судя по всему, на деле отсутствовала, раз Система с самого начала действовала «на полную». Страшно, конечно, но здесь и сейчас это было всем лишь на благо. Одних лишь веерных повреждений без её вмешательства наверняка было бы столько, что выжившие сейчас бы волками выли, зашиваясь за работой ещё сильнее.

Это, конечно, если бы выжившие вообще остались, а не растворились в облаке плазмы, коим мог стать корабль с повреждённым реактором, например.

— Скомпонуй данные по ремонту корабля в краткий отчёт. Аналогично поступи с перечнем имеющихся припасов. Приоритетные задачи оформи в список с подробными сносками. — Ян хотел быть в курсе обо всём происходящем, и теперь у него была такая возможность, не требующая долгих часов на изучение механических отчётов. — И спрогнозируй, где мы, разумные, принесём больше пользы.

Мешаться у Системы под ногами Ян не хотел.

Конечно, в нём пыталась что-то вякать гордость человека, всю жизнь бороздящего просторы космоса, но здесь и сейчас стоило признать: его опыт и образование боевого офицера вот вообще никак не упёрлись в пустой безымянной системе, на разбитом корабле и в отсутствие хоть каких-то врагов. Ян умел много чего ещё, конечно, но будем честны: освоенные «по вершкам» основы ремонта электроники и просто обширный опыт матёрого космического волка являлись, мягко говоря, не самым применимым в их ситуации набором навыков.

Ещё Ян мог и умел организовывать людей, но ситуация сложилась такая, что его компетенций, опять же, не хватит для оперативного и правильного распределения всего массива задач.