* * *

Планета-рай Астофис, Система Табакко-Прайм-Четыре, Империя Гердеон, линия соприкосновения.

60885 год от падения Социума.

Спустя трое суток.

— Господь, защити…

— Ты давно в верующие записался, а, Циск? — Сердито бросил мужчина лет сорока, бросив взгляд на засевшего в окопе товарища. Тот отложил винтовку в сторону, присел на колени и начал истово, теперь едва слышимым шёпотом молиться. — Лучше б за небом следил, всё больше шансов заметить ублюдков на подлёте!..

В сказанное, впрочем, пехотинцу и самому не особо верилось. Потому что обычно голубое и такое спокойное, тихое небо сейчас напоминало вскрытый кем-то нарыв, и роль гноя выполняли бесконечные ало-белесые росчерки падающих обломков, подбитых кораблей и десантных капсул или даже барж. Безостановочно взлетали в небо ракеты мощнейшей ПКО субсектора, а иногда подключались и обычные, но крайне многочисленные зенитные орудия в областях, на которые обрушивался вражеский десант.

Бойцам имперских сил самообороны здесь, на земле, оставалось только ждать и надеяться на то, что их товарищи в космосе вырвут победу у врага из пасти, превратив эту самую пасть в усеянное осколками зубов кровавое месиво.

— Брось, бесполезно это. Да и всё равно пока мы ничего не можем сделать. — Коренастый офицер с сединой на висках и в суточной щетине покачал головой, водрузив широкую ладонь на плечо возмущающегося бойца. — Если ему так спокойнее, то пусть хоть дьявола уговаривает. А там, глядишь, и поможет…

Пехотинец лишь фыркнул, но от уверовавшего товарища отстал, вперив взор в безоблачное, изувеченное бесчисленными росчерками небо. Каждая из этих чёрточек могла предназначаться их мотострелковому отделению, но какая именно — угадать было невозможно. Надёжно укрытая бронемашина была абсолютно неразличима с воздуха, как, собственно, и их позиции. Но всегда оставался шанс попасть под случайный удар, или просто оказаться на направлении атаки. Где-то ведь ублюдкам Альянса нужно было высаживаться, так почему бы не в километре-другом перед ними? У передовой группы в таком случае шансов будет немного, что понимали, судя по отсутствию конкретных указаний, и заседающие «наверху» командиры. Отступать было некуда: за их спинами — ключевые объекты инфраструктуры, работающие на надёжно защищённый системами ПВО и ПКО город-крепость. Да только был тут нюанс: если Альянс решит не высаживаться на планету, а просто разбомбить её, никакие оборонительные системы не помогут.

Но пока враг стремился именно сбросить десант, и по этой причине все они ещё были живы. Впрочем…

— Это ненадолго… — Пробормотал командир отделения, вглядываясь в различимые силуэты десантных кораблей, преодолевших высоту, по которой работали оборонительные системы предотвращения высадки десанта.

— Что, сэр?.. — Недовольный всем боец проследил за взглядом сержанта… и выругался: сразу всё понял, тихой сапой скользнув на заранее оборудованную позицию. Армированный бетон, маскировочные сети и естественная маскировка, наросшая поверх укреплённой точки за те годы, что она простояла без дела, внушали пехотинцам определённые надежды. Надежды хотя бы на то, что по ним вот так сразу не ударят артиллерией, которую тоже могли высадить, и они хотя бы накроют передовые отряды противника. — На позиции, живо! Проверяйтесь и перепроверяйтесь! Пути отхода все проложили⁈

Покуда сержант взирал на картину, олицетворяющую поражение флота на орбите, боевитый солдат взял всё в свои руки. И делал он это умело: чувствовался навык, не пропавший за годы после завершения срочной службы. Даже вмешиваться не было смысла, и можно было спокойно наблюдать, делая выводы.

Четыре десантных баржи, и лишь одна дымила и чадила, оставляя в небе за собой растянутые чёрные полосы.