|
Ощущали, как галактика впервые за миллиарды лет стенала и корёжилась, ибо в плоти её постепенно образовывалась колоссальных размеров дыра, искажающая физические законы. Эфир, вырвавшийся на свободу и соединивший две реальности, породил гравитационную аномалию такой силы, что любая попытка покинуть систему сейчас и впредь привела бы лишь к бесславной смерти смельчаков. И адмирал искренне не понимал, что они здесь делают и почему владыка допустил такое.
Это непонимание вступало в конфликт с навеянным желанием считать все приказы владыки истиной в последней инстанции, отчего цийенийец, стоя сейчас на мостике, то и дело мелко подрагивал: конфликт в разуме неуклонно бил и по телу. Какая-то его часть отчаянно хотела сделать хоть что-то ради спасения подчинённых, но другая, чуждая, стояла недвижимым, придавливающим всякую инициативность монолитом. Адмирал Мел’Пси’Кар страдал, и эмоции его становились топливом для действий владыки, воля которого придавала форму прекрасному буйству Эфира. — С «Мглы-1» поступили указания о начале подготовки к прыжку, адмирал. — Неуверенным голосом бросил офицер связи, повернув голову и воззрившись на адмирала, выше которого во флоте никого просто не было. — Дублировать команду всем кораблям флота? — Действуй. Готовимся к прыжку. Нет причин не доверять посвящённым. То, что мы видим сейчас — это их зона ответственности. — Сам адмирал уже знал о том, что владыка поведёт флот своими тропами, оседлав волну Эфира, которая выведет их из ловушки. Но владыка не приказывал поведать об этом остальным, и Мел’Пси’Кар молчал, в соответствии с прошлыми приказами изображая непоколебимую уверенность и решимость. Было ли это попыткой бунта против навязанной ему воли, или же так сказывалось силовое подчинение разума — не так важно. Суть заключалась в том, что такое поведение адмирала скорее вносило беспокойство, нежели сглаживало его. Но подчинённая железной дисциплине военная машина продолжала функционировать вопреки всему, и больше тысячи кораблей, технически не готовых к уходу в подпространство, выстроились в плотный походный порядок, застыв в ожидании… чего? Чуда? Или проявления силы посвящённых, тех, кто ближе всех подобрался к познанию сути веры Альянса, без которой это гордое государство так и не восстало бы из пепла?.. Никто не заметил, как позади флота поднялась волна белоснежной Эфирной энергии, накатившая на корабли и поглотившая их. Для внешнего наблюдателя, имейся такой в системе, флот Альянса пропал бы точно так же, как немногим ранее исчезли уничтоженные буйством непокорной стихии корабли Империи. Для самих же разумных, находящихся на кораблях, эффект ничем не отличался от ухода в подпространство. Разве что толчок был сильнее привычного, но большинство списало это на непростые обстоятельства, в которых, вроде как, прыжок вообще был невозможен. Им было достаточно и того, что их не размазало на входе в «подпространство», а остальное… Остальное будет потом. Здесь и сейчас же домой возвращались победители, уничтожившие не только флот и граждан врага, но и всю их планету.
Глава 21 Близко и далеко
Каюрри-2, инит-аграрная планета, Внешние регионы. 60886 год от падения Социума. Спустя восемь часов.
Хирако находился в своих апартаментах, когда коммуникатор разразился звонкой трелью, а Тереза потребовала(!) срочно его проверить, задействовав стационарные динамики. Мужчина, который в этот момент отдыхал после бурной ночи и не менее бурного утра, переполненного разного рода документацией на новые и модифицированные старые корабли, оружие и оборудование, с которым было необходимо ознакомиться, последовал «совету», подхватив ближайший планшет… и замер, словно заметивший близкую добычу хищник. Или перепуганное млекопитающее, заметившее как раз-таки хищника: оба сравнения были одинаково уместны. |
