|
Те не были полностью обесточены, на что прямо указывала мягкая, почти розовая подсветка крошечной панели управления. К ней-то мужчина и подошёл, приложив свой наруч к сканеру и облегчённо выдохнув, когда толстенные створки начали разъезжаться в стороны. На всякий случай оглянувшись и мазнув лучом света по узкому коридору за своей спиной, мужчина вошёл в помещение резервного генератора, сразу же здесь закрывшись. Пуск не должен был занять и десяти минут, но это только в том случае, если всё пройдёт по плану. Лаксан же, начав свой день с выполнения дерьмовых приказов капитана, разумно полагал, что и дальше всё будет идти примерно так же. Тобишь через задницу и с невообразимыми проблемами. Не мог ведь он всего лишь неделю назад обозвать капитана параноиком? Не мог. Не мог представить, что на его несчастную станцию нападут диверсанты? Тоже не мог. Но капитан оказался не просто параноиком, но ещё и параноиком облажавшимся, в то время как на станцию действительно напали. И теперь их ретранслятор не только не выполняет свою работу, но может и повредить остальной системе обороны…
Только на этом моменте своих витиеватых измышлений Лаксан понял, что, возможно, питание отключили не враги. Это мог сделать тот же капитан, или даже старший техник. Поняли, что станция потеряна, и «дёрнули рубильник». И если это так, то запуск резервного генератора может поставить под удар всю систему. Между собственным выживанием и жизнями защитников системы мужчина выбирал недолго, и совсем скоро станция начала оживать. Секция за секцией, помещение за помещением, устройство за устройством. А на мостике и в вымерших коридорах в то же время активизировались восставшие, — и прибывшие извне, — машины, получившие возможность установить связь с только вошедшим в систему Каюррианским флотом…
* * * Получасом ранее. Момент, когда в точке входа-выхода системы Вега Реза начали появляться всё новые и новые корабли, зафиксировали не все оборонительные системы Тарсианцев. Часть оборонительных станций, станций связи и наземных ретрансляторов ещё час назад подверглась чудовищным в плане масштабов происходящего диверсиям, что ударило не столько по фактической боеспособности оборонительного флота, сколько по психологической составляющей разумных, входящих в его состав. Накануне жестокой битвы узнать о том, что кто-то из своих уже не справился и пропустил в тыл столько диверсантов — это пугает. Даже матёрые вояки, провёдшие на службе не один десяток лет и успевшие поучаствовать в ряде локальных войн понимали, что ничем хорошим им это не грозит, и потеря ещё парочки станций-ретрансляторов может закончиться для защитников очень, очень плохо. — Не спать! Вывести на тактический стол схему расположения оставшихся в строю орбитальных платформ! И подайте уже сигнал на поверхность, нам нужны все «Арканы», которые сейчас могут летать! Пусть поднимаются и занимают позиции в тылах флота, до поступления последующих приказов! — Адмирал, план подразумевает… — Отставить план! — Грузный мужчина с густыми усами и коротко остриженной бородой, казалось, вознамерился расстрелять одного из своих адъютантов одним лишь взглядом, до того зло он на него посмотрел. — Он уже несостоятелен. Только не после того, как эти ублюдки саботировали семнадцать объектов в космосе и на поверхности нашего родного мира. Как минимум семнадцать… — Противник миновал минные поля. Потери минимальны, зафиксирован факт отключения части автоматических заградительных колец. На данный момент флот противника насчитывает пятьсот шестнадцать кораблей. Настоятельная рекомендация: вызов оперативного флотского соединения из системы Каррас, переход к глухой обороне до утраты станции «Щит», длительная маневренная оборона до прибытия подкреплений. |
