Но оставалась ещё одна лазейка, которой, чисто теоретически, можно было воспользоваться.

Мужчина надел на голову шлем, коснулся панели на запястье, запустив процесс герметизации скафа, а после закинул за спину компактный антиграв, надёжно его закрепив. С таким не полетаешь, но вот приземлиться и выжить при этом было можно. А первый пилот, что бы ни говорил ему собственный разум, умирать не собирался.

Как раз к этому моменту створки ведущего в их часть рубки шлюза разъехались в стороны, — надо же, не заблокированы! — и из проёма показалась голова облачившегося в свой скафандр генерала.

— Аварийные люки заблокированы, страх бы вас всех побрал!

— Значит, системы и правда полностью взломали. — Первый пилот оттеснил генерала, выйдя на оперативный простор. Опытный взгляд сразу вычленил ближайший шлюз, индикаторы которого прямо указывали на то, что он заблокирован. И вручную его открыть не получилось бы, даже будь у экипажа время. — За этим люком находится технический отсек с шасси. Я успею его открыть. От вас потребуется только успеть пролезть наружу: лаз будет узкий.

Инструктируя, — причём очень кратко, — единственного дееспособного человека поблизости, первый пилот уже изъял из специальной полости в стене аварийный набор, и теперь занимался вскрытием люка. До падения корабля, согласно его прикидкам, оставалось две минуты.

— А остальные?..

— Переборки между отсеками заблокированы, мы никак им не поможем. Нужно позаботиться о том, чтобы… — Мужчина отбросил в сторону массивную пластину, закрывающую технический лаз. Пара секунд — и он ушёл под пол всем своим ростом, активировав фонари на шлеме и занявшись вскрытием последнего препятствия на пути к свободе. — … выбраться самим. Генерал, спускайтесь, нужна будет ваша помощь. Держите здесь, тяните на себя…

До столкновения с землёй осталась минута.

Совместными усилиями справиться с механизмом удалось чуть быстрее, чем ожидалось, и герметичность корабля наконец оказалась нарушена. Всё в рубке, что не было закреплено на месте, тут же заметалось в воздухе, но люди удержались на своих двоих благодаря магнитной подошве ботинок скафандров.

— Я пойду вперёд, тут не развернуться. — Бросил первый пилот, в последний раз проверив крепления антиграва. В «подполье» действительно сложно было бы пропустить к приоткрытому люку генерала, так что им оставалось лишь выпрыгивать в порядке живой очереди. И пилот не стал медлить, ловко вынырнув наружу с уже активированным антигравом, который не позволил человеку разбиться об обшивку падающего вниз корабля.

Земля оказалась на удивление близко. Близко настолько, что системы антиграва, предназначенного для спасения оказавшихся в подобных ситуациях разумных, сразу вышли на полную мощность: времени «разгоняться» не было совсем. Первый пилот, убедившись в том, что неконтролируемое падение ему не грозит, обернулся, сразу же заметив весьма приметный силуэт генерала. Тот в своём чёрном военном скафе уже уходил в сторону, так же покинув опасную зону. А вот женщины видно не было ни вокруг, ни на обшивке. Значит она либо скрылась за махиной падающего корабля, либо осталась внутри, не сумев выпрыгнуть, либо не совладала с антигравом и её размазало по обшивке ровным слоем.

Так или иначе, но на фоне другой, более серьёзной проблемы первого пилота это практически не беспокоило.

Сейчас они с генералом остались вдвоём, в безлюдной местности и без припасов за считанные часы до начала вражеского вторжения.