Но десятая директива, созданная палачом для самого себя, гласила: органикам нельзя доверять. Потому он даже не просчитывал вариант, при котором проверке подвергался бы каждый второй или вообще каждый третий полученный дроид или запчасть. Проверялось абсолютно всё настолько тщательно, насколько это было возможно физически. Отпаивались даже микроскопические бланки памяти, данные на которых стирались, а на их место заливался проверенный и переработанный код, разобраться в котором не смог бы ни один органик.

В связи с этим процесс шёл дольше, чем мог бы даже несмотря на то, что PR-0 напрямую взаимодействовал с системой корабля, поддерживающей связь со всеми приписанными к ней дроидами. Всего собрать успели тридцать четыре YOP-S`а, и все они так или иначе участвовали в процессе сборки новых дроидов, благодаря чему первая партия, согласно расчётам палача, должна была войти в строй через девять часов и сорок минут.

И по истечению обозначенного срока двести шестьдесят сервис-дроидов, базирующихся на пяти станциях, способных одновременно заряжать до ста пятидесяти машин, смогут приступить к ремонту и модернизации «Вольного», так как контейнеры со всеми запрошенными материалами уже дрейфовали в непосредственной близости от рудовоза.

PR-0 ещё три стандартных часа назад, наблюдая за опустошением трюмов грузовых челноков, сбрасывающих контейнеры в открытом космосе, отметил, что слова Кайи относительно возможностей консорциума подтвердились. Для Дории Фал`Зёрстронг выплата такого «выкупа» оказалась совсем незначительной тратой, и привезти всё одновременно не позволили лишь проблемы, вызванные требованиями самого PR-0.

Палач, опасаясь диверсии, особое внимание обратил на необходимость поставки всех дроидов и комплектующих в разобранном виде, обеспечение чего требовало времени.

Но процесс распределения задач среди сервис-дроидов не мог занять все мощности PR-0, и потому он параллельно симулировал разные варианты плана, контролируя работу навигационного компьютера.

Ведь это устройство размером с рубку «Вольного» уже несколько часов было занято подготовкой запланированного «слепого» подпространственного прыжка.

Логические цепи PR-0 ещё два года назад постановили, что, лишившись заложников, рудовоз в любом случае будет уничтожен в течение трёх стандартных часов, и никакие модификации ему не помогут. «Вольный» не был современным кораблём. Он был вместительным, крепким, но устаревшим даже в основной части галактики гражданским звездолётом. Технологически продвинутые андайрианцы, задействовав даже малую часть своего флота, могли с близкой к стопроцентной вероятностью отыскать медлительный четырёхсотметровый корабль, если тот воспользуется подпространственными трассами.

По этой причине слепой прыжок оставался единственным достаточно эффективным вариантом, негативные последствия использования которого PR-0 мог свести к минимуму.

Благодаря программам пилота и техника палач в точности представлял себе механизм проведения подпространственного прыжка, в котором участвовало три условных комплекса переменных: стартовая точка прыжка, ломаная линия прыжка и конечная точка прыжка.

Перемещающиеся по подпространственным трассам звездолёты просчитывали лишь стартовую и конечную точки прыжка, что у того же «Вольного» занимало не более сорока секунд. Линия прыжка, являющаяся по своей сути маршрутом, проложенным в обход гравитационных аномалий, уже была рассчитана за них, и являлась константой, актуальной для определённых точек пространства — точек входа-выхода трасс. Путешествующий таким образом корабль не замедлялся или замедлялся незначительно, благодаря чему подпространственный прыжок занимал сравнительно мало времени.

Слепой же прыжок назывался слепым потому, что корабль уходил в подпространство, просчитывая лишь стартовую и конечную точки прыжка. Ломаная линия прыжка трансформировалась в прямую, и предсказать, в зонах действия каких гравитационных аномалий окажется следующий по ней звездолёт становилось невозможно.