— Сделаю. — Потрясая заросшей головой, ко`норди развернулся, быстрым шагом покинув рубку. Только после этого капитан коснулся панели, и перед ним спроецировалась голограмма широкоплечего, хмурого светлокожего мужчины. — Ты же понимаешь, что вразнобой мы тут все и останемся?

— Я как раз хотел связаться с тобой и предложить пожертвовать твоей лоханкой, чтобы мы могли спастись, Понго. — Мужчина зло оскалился, оперевшись на нечто рядом с собой, не попадающее в визор голокамеры. — А если серьёзно, то через две минуты сорок секунд к нам подберутся перехватчики синекожих. Если встретим их дружным залпом, правильно распределив сектора стрельбы — времени хватит, чтобы добраться до маршрута. Не без повреждений, но мы уцелеем.

— «Молнию» разберут на запчасти в первые же тридцать секунд. — Покачал головой капитан Понго. — Если я поведу корабль в одной линии с вами, то систему уже не покину.

— У нас мало времени, Понго. Говори прямо, или катись к чёрту! — Выругался мужчина. — Твой план?

— Идём треугольником с «Молнией» на острие. Моё ракетное вооружение бьёт всяко дальше ваших пушек, так что я попугаю самые дальние цели и прикрою в дальнейшем. Вы же примете удар на себя и будете отгонять тех, кто всё-таки прорвётся.

— Короче, ты свой зад под выстрелы подставлять не хочешь. — Человек подытожил услышанное. — Хорошо, Понго. Мы поступим так, как ты предлагаешь. Шансы весьма неплохи… если ты нас не кинешь!

— Ты всё ещё торчишь мне две сотни тысяч, Хирако. Так что мне экономически невыгодно тебя здесь бросать, смекаешь?

— Действуем, как договаривались. И дай добро на прямую связь между артиллеристами — пусть договорятся, кто, кого и как.

— Принято, «Удача». Выберемся из этого дерьма — проставишься на базе.

— Пошёл ты…!

Связь прервалась, а пиратские корабли приняли построение, выжимая из своих двигательных установок все соки. Только «Молния» немного сбросила скорость, чтобы не оторваться от двух других бригов. Попутно она дала движкам остыть для финального рывка и позволила первым МЛА андайрианцев войти в зону поражения.

Из-под днища ракетного скоростного корабля одна за другой вырвалось восемь ракет, суммарно захвативших четыре цели: пару перехватчиков и, неожиданно, пиратские бриги. Сама «Молния», заставив «товарищей» сбросить скорость, чтобы избежать попадания ракет, на полном ходу покинула построение, устремившись к зоне подпространственной трассы. Андайрианские перехватчики продемонстрировали фантастическую слаженность, синхронно разлетевшись в разные стороны — так они гарантировали, что сброшенная одной машиной ракета не переключится на соседа.

В то же время орудия двух других бригов ожили, и, захватив цели, обрушили в их направлении град из разрывных снарядов малого калибра, время подрыва которых настраивалось вручную при выстреле.

Эффективность такого боеприпаса была крайне мала, если его использовали как обычную болванку, которой требовалось попасть в цель, но при наличии автоматики или опытного наводчика разрывные снаряды превращались в настоящий бич для любых МЛА. Пилот мог избежать прямого попадания. но один из полусотни близких разрывов неумолимо повреждал машину, чаще не уничтожая её, но приводя в негодность. Эти боеприпасы были эффективными, дешёвыми и распространёнными, что являлось следствием одной из грандиозных войн прошлого, во время которой ныне истреблённая роевая раса сделала ставку на многочисленный москитный флот, управляемый искусственным интеллектом.

Но сейчас, по прошествии нескольких тысяч лет с момента распространения по галактике конкретно этого вида оружия, его эффективность против совершенных машин андайрианского консорциума оставляла желать лучшего.