И технологическое превосходство андайрианского военного корабля в таком случае не могло повлиять на ситуацию в лучшую сторону. Несмотря на то, что палач не мог учесть все влияющие на ситуацию факторы ввиду отсутствия полной информации, вероятность успеха в случае начала такого противостояния оставалась неприемлемо низкой.

Сам по себе лёгкий крейсер андайрианской постройки был универсальной боевой единицей: умеренно быстрый и манёвренный, с приемлемым вооружением и хорошим бронированием, он мог принимать участие в линейном бою в качестве единицы, обеспечивающей активную поддержку кораблей, изначально создаваемых для линейного боя — линкоров. Такой корабль проблематично захватить или уничтожить, даже задействовав значительные силы.

Но «Немезида» была не обычным лёгким крейсером — она была патрульным звездолётом, отказавшимся от части бронирования и батарей главного калибра в угоду расширению авиакрыла, незаменимого при перехвате нарушителей границ.

Двенадцать орудий главного калибра вместо шестнадцати, отказ от трети среднекалиберных и зенитных орудий, практически полная утрата торпедных аппаратов, ослабленное из-за расширения ангаров бронирование бортов — и вот уже крейсер теряет все перспективы в прямом противостоянии. А если у него отнять большую часть носимого москитного флота, что произошло и с «Немезидой», столкновение с кораблём-одноклассником становилось крайне нежелательным событием.

Палач мог гарантировать уничтожение практически любого не-андайрианского крейсера или небольшого флота кораблей классом ниже, но повреждения «Немезиды» вплоть до приведения её в негодность того не стоили. Война в целом и боевые действия в частности были выгодны лишь до тех пор, пока они преумножают доступные ресурсы — это понимали даже органики, причисляемые к пиратам. Они не вступали в заведомо проигрышные сражения, избегали конфликтов, исход которых был неясен, и приобретали что-то лишь в тех ситуациях, когда противник-жертва не мог им ничего противопоставить.

Опираясь на все эти факторы, PR-0 построил примитивную стратегическую модель, на основе которой был найден приемлемый, — и до сих пор дорабатываемый, — вариант действий.

«Немезида» в любом случае привлекала внимание, какие бы задачи перед собой не ставил палач. Единственный вариант, исключающий обнаружение — изоляция, но он требовал наличия обширной материальной базы. Даже самая простая производственная цепочка состояла из десятков звеньев, если конечным продуктом её работы являлись запчасти для дроидов, и из сотен — если этим результатом была полноценный автономный юнит.

И обеспечить такую материальную базу без взаимодействия с органиками на данный момент было невозможно.

Таким образом установление контакта с органиками галактики в целом и сектора в частности стало одним из обязательных условий продолжения эффективного функционирования. Для этого было необходимо отсрочить прямую конфронтацию с крупными силами потенциальных противников, чего можно было добиться лишь при минимизации присутствия «Немезиды» в секторе. Андайрианский крейсер должен был уйти в тень, избавившись ото всех весомых доказательств своего существования, к каковым слова органиков не относились.

Для этого палач собирался вывести на передний план подконтрольных ему органиков, гарантировав их верность предлагаемой выгодой и дроидами-надсмотрщиками.