|
- Ну вот видите, как хорошо: мы уравновешиваем друг друга, потому что вы чрезвычайно скромны и смиренны. Кипя от гнева, она встала к нему спиной и сделала вид, что занялась работой. Положив руки на плечи Эллисон, он повернул ее лицом к себе, снял с носа очки и отложил в сторону. - Это лишь подтверждает мою правоту. - Что? - спросил Спенсер, убирая ленту с ее волос. - Вас привлекало во мне сходство с Энн. Ну почему вам не перестать играть в эту извращенную, патологическую игру? - Эллисон пыталась говорить резко, но голос ее задрожал, когда Спенсер провел ладонями по распущенным волосам. Она должна сопротивляться, бороться. Одна" ко вместо этого позволила ему прижаться к ней. - Это вовсе не игра, а немного извращенным я буду лишь поначалу. Он дотронулся пальцами до ее ушей и стал их массировать. Она застонала: - Оставьте меня... - Я не в силах этого сделать, Эллисон, - шепотом произнес он и приник губами к ее шее. Они оба покачивались. - Признаюсь, мне больше нравится, когда ваши волосы распущены, тогда я могу перебирать их пальцами... А что касается очков, то вы в них привлекательны, как asrnm... Я снял их просто из-за того, чтобы они не разбились. - Не разбились? - сдерживая дыхание, переспросила она. Его губы ласкали ее ухо. - Что вы собираетесь делать? - Заставить вас привыкнуть к тому, что вы уже знаете. Губы Спенсера отыскали ее рот. Поначалу поцелуи были легки и целомудренны. - Теперь будьте внимательны - начинается самое интересное, - прошептал он. Его язык погрузился глубоко в ее рот. Руки Спенсера отыскали грудь. Даже через халат, блузку и лифчик она чутко ощущала ласку. Спенсер притянул Эллисон к себе, и его возбужденная мужская плоть уперлась в ее живот. Когда он оторвался от Эллисон, она была теплой и податливой словно воск. - Мы сделаем чудесного малыша, - пробормотал Спенсер. - Подумайте об этом, а я заеду к вам в восемь вечера. Надеюсь получить ответ во время обеда. Когда он отпустил ее, Эллисон едва не повалилась на пол будто тряпичная кукла. Потребовалось немало времени, чтобы у нее перестало бешено колотиться сердце, успокоилось дыхание и она смогла взять себя в руки. Почему бы нет? Почему бы нет? Почему бы нет? - Почему бы нет? - сказала она своему отражению в зеркале на задней стенке гардероба. - Миллион причин для этого, вот почему нет. Ее единственное стоящее платье не идет ни в какое сравнение с любым платьем из гардероба Энн, ну да ладно. Голубая горжетка с плотным лифчиком делала ее похожей на то, чем она и была в действительности, - на старую деву. |
