— Да, да… — согласилась она, отведя взгляд. — Я очень хотела искупаться. Сто лет не была на море. К тому же здесь просто потрясающе…

— Пойдем, я покажу тебе, где можно лечь.

Эрик встал из-за стола и провел Мик в небольшую комнатку, очевидно предназначенную для полуденных бдений. На деревянных стеллажах, сделанных, как и все здесь, руками Эрика, стояли книги. Их было много. В основном это была художественная литература, но десяток-другой был посвящен изучению языков. Скользнув взглядом по полкам, Мик обнаружила Гюго, Мопассана, Драйзера, Апдайка и многих других известных ей авторов.

— Любишь читать? — спросила она Эрика, занимавшегося ее постелью.

— Это одно из удовольствий, в котором я не могу себе отказать.

— Теперь я понимаю, почему на тебя «охотятся» журналисты, — улыбнулась Мик. — Ты совсем не похож на тех людей, с которыми они привыкли иметь дело.

Эрик оставил ее комментарий без ответа. Он разобрал для Мик рукотворное ложе, выделив для нее дополнительную пару одеял и подушку.

— Вдруг замерзнешь, — кивнул он на одеяла. — Они тебе пригодятся.

— Спасибо.

— Спокойной ночи, Мик Кимри, — как-то уж очень серьезно произнес он и вышел из комнаты.

— Спокойной ночи, Эрик Торланд, — прошептала Мик и уселась на кровать.

Кровать была на удивление мягкой — наверное, заботливый Эрик постелил матрас. Мик вдруг стало очень весело, даже сон прошел. Это неожиданное приключение позволило ей оправдать Пита, подло обманувшего ее доверие. В жизни все состоит из случайностей. Если бы этот парень заехал за ней, то она никогда бы не узнала, что за человек Эрик Торланд. И уехала бы с горьким осадком на душе.

Мик жалела только об одном: завтра ей придется уехать. Увы, Эрик Торланд не был похож на человека, склонного менять свои решения… В любом случае, она была ему благодарна. Он помог ей почувствовать себя так легко и свободно, как Мик не чувствовала себя никогда прежде…

4

Когда Мик проснулась, она застала Эрика за приготовлением завтрака.

Видеть эту картину было более чем отрадно. Эрик колдовал у печи так торжественно и сосредоточенно, будто танцевал ритуальный танец. Его темные вьющиеся волосы были перехвачены кожаным шнурком, а карие глаза цвета только что вылупившихся из кожуры каштанов сверкали, как у шамана.

Мик остановилась, любуясь этой картиной. Как он красив! Какое проникновенное лицо, какое совершенное тело! Лучше бы ей об этом не думать. Ведь сегодня она уедет, а этот красавец-дикарь останется наедине со своей лагуной…

Эрик спиной почувствовал присутствие Мик и обернулся. На ней была его «гавайская» рубашка. Она достигала колен и оставляла открытыми стройные ноги Мик. Сейчас, когда на Мик не было ее вызывающего наряда, она выглядела совершенно по-другому: гораздо скромнее, изящнее и… неизмеримо сексуальнее.

С лица Мик окончательно исчезли следы косметики. Без туши и яркой помады девушка казалась совсем юной. На вид ей можно было дать лет двадцать. И зачем только женщины портят себя этой гадостью? — подумал Эрик, но мыслей своих не озвучил. Мик едва ли понравятся его слова. А зачем ему конфликтовать с ней сейчас, когда он решил… Впрочем, еще рано говорить с ней об этом. Лучше завести этот разговор после завтрака, когда она окончательно проснется…

— Привет! — весело поздоровался Эрик. — Завтрак уже почти готов. Наверное, ты хочешь умыться?

— Да. И еще покурить. Утро без сигареты — не утро.

— Господи! — изумился Эрик.