Он был не один. Ощутив насыщенный аромат сирени, Антония поняла, что та женская фигура, что прижималась к нему, обнимала его, была одной из любовниц короля.

— Он не заметит, что меня нет этой ночью, — едва слышно произнесла молодая женщина. — Я мечтаю о вас с тех пор, как первый раз увидела.

Он твердо положил ей руки на плечи и отодвинул девушку в сторону.

— Прошу прощения, дочь моя. Но сердце мое уже занято.

Она зашипела, словно кошка, готовая броситься на обидчика.

— Как ее зовут? Где она?

— Не на нашей грешной земле.

Любовница короля заплакала.

— Я ненавижу Бога за то, что он украл вас. Вы должны согревать женские постели, а не молиться на холодном каменном полу.

— Не нужно ненавидеть Господа, — мягко произнес он. — Молись за исцеление своей души.

— Зачем мне молиться? Вы можете исцелить меня, если придете ко мне. Разве я не хороша? Все так говорят. Все другие мужчины желают меня.

— Красота не вечна. Когда мужчины перестанут обращать на тебя внимание, тебя выбросят на улицу. Что же скорее поможет тебе, дочь моя? Страсть мужчин или любовь Господа?

— Хорошо вам набожно говорить о любви Господа! Но кем я еще могла стать? Моя мать тоже была блудницей. Во дворце скопос по крайней мере пять пресвитеров, которых почитают подобно святым, и каждый из них может быть моим отцом. Что мне оставалось делать? Такая девушка, как я, внебрачный ребенок блудницы, только и могла пойти по стопам матери. Мне знакома только такая жизнь. Какой уважаемый человек обратит на меня внимание?

Пресвитер Хью даже не вздрогнул под таким напором агрессии и обвинений со стороны молодой женщины.

— Мне кажется, я знаю такого человека, — спокойно произнес он. — У одного уважаемого сержанта, который служит во дворце сконоса, есть брат, он портной, работает в нижней части города. Этот брат несколько раз приходил сюда навестить сержанта и видел тебя в саду. Думаю, он даже специально придумывал причины прийти к брату в надежде хоть на мгновение увидеть тебя. Но, конечно, его могут одолевать различные мысли о том, есть ли у него вообще шанс. Что может он, простой портной, предложить тебе по сравнению с шелками и вином, что ждут тебя в опочивальне короля?

— Вся его семья будет знать, что я была блудницей, и они будут ненавидеть меня за это, — пробормотала она, но сила гнева в ее голосе поубавилась. Она была не уверена в себе, боялась на что-то надеяться. — Быть может, он уродливый, прокаженный, усохший карлик, который не может найти себе достойную жену.

— Что ж, насколько я знаю, он приходит к своему брату в каждый из дней Владычицы, они вместе посещают службу в часовне для слуг.

— Вы ведете эту службу,- удивленно произнесла она.- Все это знают. Все слуги говорят об этом, но я слышала, что пресвитеры не пускают блудниц в церковь старые лицемеры — проводят с нами все ночи, а днем называют нас падшими грешницами.

— Когда я веду службу в часовне для слуг, никого не смеют не пускать, неважно, кем человек был в прошлом. Неважно, что он сделал.

Она резко опустилась перед ним на колени и склонила голову.

— Прошу вас, святой отец, простите меня. Вы знаете, я сделаю для вас все, что угодно, в благодарность за вашу доброту и милосердие.

— Да будет так, дочь моя. — Он коснулся ее головы, благословляя ее, молодая женщина, заливаясь слезами, встала и поспешила прочь.

Было слишком темно, чтобы увидеть ее лицо. Он так долго стоял на месте, что Антонии стало интересно, собирается ли он вернуться в зал, где продолжается праздник. Звон колокола возвестил об окончании вечерней службы, и она запоздало вспомнила, что у нее много других дел.