— Теперь Кольцо Огня.

Легкая дымка сгустилась, превратившись в плотное облако тумана, вздымающегося над тропой, опутывая ноги Лиат, которая устремилась вперед еще на пять шагов. Впереди, сквозь мерцающий туман, покрывающий долину, она увидела реку. На другом ее берегу заметила женскую фигуру, та в нерешительности стояла на камнях. Несмотря на далекое расстояние, по коренастому телосложению Лиат сразу узнала в ней женщину Ашиои, но как странно она одета: на ней одежда и накидка людей. Это было совершенно неуместно, но чем больше она вглядывалась вдаль, тем больше эта женщина казалась ей знакома.

Сильный аромат роз окружил Лиат, так что она почувствовала головокружение, это видение? Или на женщине Ашиои была одета туника Лиат, та, которую она убрала в седельные сумки, перекинутые через круп Ресуэлто, когда она, Санглант и малышка, спасаясь, покидали Верну?

Теперь было поздно что-либо менять. Лиат не могла остановиться и попытаться найти ответы на вопросы. Она должна была продолжать свой путь.

Лиат встала на колени и начертила знак на земле. Поднимаясь, она проговорила:

— Трон Добродетели следует пятым.

Поле цветов все разрасталось вокруг нее, будто долина разорвала путы, связывающие ее с землей, и устремилась к небесам. Васильки пылали бледно-голубым огнем, мерцая фосфорическим блеском, подобно горящим камешкам, россыпью раскинутым среди бескрайних просторов моря цветов. Борясь с сильным головокружением, она сделала еще шесть шагов вперед.

— Скипетр Мудрости будет шестой.

Лиат была почти у реки. Впереди тропа из цветов превращалась в реку, но она больше не казалась земной рекой, покоящейся в каменной колыбели. Подобно Небесной Реке, она устремлялась ввысь — столп воды, переливающийся синим и серебристым. За ним или под ним Лиат едва различала контуры вещей, оставшихся на земле, скорее тени, чем что-то реальное: камни, покрытые морскими водорослями, казалось, они хранят чьи-то тайны, поникшие деревья, потемневшие, словно в них больше не теплится жизнь.

Она не должна останавливаться и смотреть назад. Ее ноги коснулись воды, но все же то была не вода, и она снова двинулась вперед, сделав еще семь шагов. Лиат оказалась в струящихся потоках эфира, устремлявшегося вверх, к своему источнику. Когда она опустила в него руку, быстрые и теплые его струи закружились вокруг нее.

Лиат чертила недостающий символ, Корону Звезд. Там, где ее рука проводила линию, серебристо-синеватые струи устремлялись вверх, переливаясь золотыми искрами.

— На самом верху Корона Семи, песнь власти известна.

Она вошла в Реку Света.

Перед Лиат открылась дорожка, это была великая река, о которой так много писали авторы древности. Неужели это была та самая грань, где соединялись два полушария астрономической сферы, о чем писал Теофрастус? И верна ли теория Посидоноса, который, путешествуя в небесах, принес тепло в холодные сферы Вселенной?

Или это только лестница, связывающая сферы? Лиат поднималась все выше, далеко внизу, окутанная темнотой, лежала земля. Над ней сияли звезды, теряясь в свечении, исходившем от столпа света, подобного огромной белой стене, который был границей между нижними сферами. Внизу раздавались звуки незнакомой мелодии, подобно нежным прикосновениям к струнам арфы.

Ручейки разбегались в разные стороны от основного потока, так что река казалась замысловатым лабиринтом, устремляющимся вверх. В потоках эфира виднелись призрачные фигуры, словно это были люди, но созданные из какого-то неземного вещества, наполняющего все вокруг. В более низких сферах, ниже Луны, пребывали дэймоны. Если они и видели ее, то не подавали виду. Они кружились в восхитительном танце под музыку сфер.

На светлой стене, отмечающей предел небес, Лиат заметила тонкую арку ворот.