— Привет! — кричу я громко. — У меня потрясные новости! Ноль внимания в мою сторону.

— У меня потрясные новости, говорю, — повторяю я с тем же энтузиазмом.

— Да тише ты! — шикает на меня Лили.

Джанет просто глядит на меня, пританцовывая. Ладонями она зажимает наушники, чтобы улучшить звучание, и подпевает:

— Буду вечера я ждать… оу-о! Чтоб скорей тебя обнять, оу-оу-оу-о!

Не слыша себя, она подпевает довольно гнусаво.

— И ты тоже помолчи! — шикает Лили и на нее. — Прости, дорогой, — говорит она в трубку. — Ни секунды покоя, представляешь!

Я подхожу ближе к девицам и машу рукой с кольцом перед самыми их носами, но они по-прежнему ничего не замечают.

— Я помолвлена! — взвизгиваю я очень громко.

Вот это срабатывает. Лили быстро бормочет в трубку:

— Я перезвоню, — и отключается. Джанет срывает наушники.

— Что ты сказала? — восклицают они в один голос.

— Я! Помолвлена! — говорю раздельно, чтобы они оценили значимость события. Снова выбрасываю вперед руку, как член команды поддержки — флаг. Рубин ловит солнечные лучи, падающие из окна, и разбивает их на мириады алых брызг.

— О! Боже! Мой! — так же раздельно говорит Джанет.

— Не! Может! Быть! — вторит ей Лили.

Такое ощущение, что мы используем морзянку. Я первая прекращаю эту дурацкую игру.

— А вот и может. Чарлз сделал мне предложение, и я его приняла.

Джанет срывается с места с диким криком «а-а!» и бросается меня обнимать.

— А-а! А-а! — Она душит меня, ее наушники больно впиваются мне в висок.

— Тише, тише! — взываю к ее благоразумию.

— Не могу поверить, — сквозь зубы говорит Лили. Она такая бледная, словно вот-вот упадет в обморок. — Честер-Хаус. Итон-сквер. — Ее губы начинают дрожать. Видно, что известие произвело на нее сильное впечатление. — Э… поздравляю. — Она находит в себе силы встряхнуться.

Забавная реакция. Словно мы были влюблены в одного поп-идола, но билет на концерт и приглашение за кулисы получила

только я.

— Дай-ка кольцо, — просит Лили с натянутой улыбкой. Уверена, если бы это было не кольцо, а пресловутый билет на концерт, она бы тотчас изорвала его в клочья! Я протягиваю ей кольцо, потому что все же оценила ее выдержку.

— Ого-го! — восхищенно тянет Джанет. — Как сияет!

— Правда, очень красивое. — Лили надевает кольцо на палец, подносит к глазам. — Рубин чистой воды, крупной огранки, около четырех каратов, прозрачный, два бриллианта по два карата каждый, отличная огранка, цвет Д, чистота… примерно СИ1 или СИ2, — скороговоркой бормочет она.

— Лили разбирается в драгоценностях, — деловито говорит Джанет. — У нее полно ювелирных изделий, ей много дарили.

Да, но, уж конечно, не таких дорогих и элегантных, думаю про себя. Мне вполне понятна растерянность Лили. Ее, красивую юную модель, блондинку с точеной фигуркой, обошла на повороте толстая корова средних лет со здоровенным носярой.

— И что все это означает? — невинно спрашиваю я.

— Итог? Твое кольцо стоит около тридцати штук. Тридцать тысяч фунтов?

Мне становится нехорошо.