Мы снова переместились в гостиную, чтобы присоединиться к пирующим мужьям. Джимми наполнил бокалы, а Филип провозгласил тост:

– За новый дом Джимми и Дон, пусть он станет местом, где сбываются все мечты!

Его горячий, безумный взгляд устремился на меня, он ждал, пока я поднесу свой бокал к губам, и только тогда выпил все до последней капли.

– Вы знаете, мне очень нравится идея жить вне отеля. У вас появилась личная жизнь. Привидения часто наведывались в отель еще при жизни бабушки.

Вероятней всего, через некоторое время Джимми поможет мне возвести еще один дом здесь, по соседству.

– Мне неприятно об этом говорить, но уже довольно поздно, – сказала я. – Завтра у меня много дел в отеле, нужно быть там очень рано.

– Значит, до завтра, – произнес Филип, пожелал удачи и откланялся. – Мне кажется, Бэтти права, мы все открываем новую страницу жизни, – добавил он, прощаясь.

Джимми вышел проводить гостей.

– Что ты об этом скажешь? – спросил он, когда вернулся. – Неужели они так похожи на молодую счастливую чету?

– Скорее всего, так.

– Жаль, что ты не слышала, что он говорил о ней, – он опустил глаза, – мне было неловко его слушать.

– Что же он сказал?

– Я спросил его, почему он так быстро приехал из путешествия. Филип ответил, что Бэтти его просто сексуально истощила.

– Как?

– Он описал это во всех подробностях, говорил, что Бэтти, наверное, очень сексуально оголодала и каждую ночь выжимала его как лимон. Я не знаю, почему он решил затрагивать подобные темы, это нехорошо по отношению к Бэтти. По-видимому, просто ожидал от меня аналогичных откровений; ему хотелось услышать что-нибудь в том же духе о тебе.

– И что ты ему сказал?

– Что мы с тобой – монахи, – ответил он, обнимая и целуя меня.

На душе у меня стало светлей, этот человек всегда приносил мне только радость.

После того как Филип и Бэтти поселились в отеле, наступил период относительного спокойствия. У всех было много работы, сезон в отеле оказался одним из самых лучших за всю историю его существования.

Бабушка Катлер никогда специально не рекламировала отель, она считала, что у ее заведения в определенных кругах существует своя, давно сложившаяся репутация и по этой причине не следует портить ее излишней рекламой. Долгое время отель очень хорошо функционировал и приносил немалый доход, но теперь в отель нужно было привлечь новое поколение, сделать это можно было только одним способом. Поэтому я попросила мистера Дорфмана разместить рекламу в различные агентства путешествий. Результаты были прекрасные, к нам поступило множество новых заказов, и мистер Дорфман впервые заговорил о модернизации отеля, об увеличении количества номеров и расширении сферы услуг. К нам также поступали запросы от различных организаций, ищущих место для проведения своих съездов.

– Миссис Катлер никогда бы не позволила себе удовлетворять такие запросы, так как считала, что они могут повредить репутации отеля.

– Да, но времена меняются, и нам тоже следует меняться, чтобы оставаться на плаву.

Мистер Дорфман посмотрел на меня как-то очень странно...

– Нет, нет. Все хорошо, просто я вспомнил нашу с вами первую беседу. Вы так изменились с тех пор, – он покраснел. – Извините, я совсем не то имел в виду...

– Что вы, что вы, я правильно поняла вашу мысль и принимаю это как должное. Спасибо, мистер Дорфман.

Все эти изменения очень радовали Филипа, и он мечтал присоединиться, но я решила не рисковать и пока не включать его в управление отелем, а дала вполне удовлетворяющую его запросам работу, чтобы он чувствовал себя достаточно посвященным в дела отеля и был предельно занят.