— Святой Шрам… — пробормотал я и сам улыбнулся своим словам. — Нет, я знал, что это всё так просто не закончится. Понял ещё после смерти Кручевского и проваленной явки на Альционе. Но чтобы так…

Я перевёл взгляд на бумаги, которые держал передо мной охотник за головами, и не мог решиться. А ведь как постарались! Никаких электронных подписей, чипов, голограмм и прочих современных примочек — только собственноручная подпись. Всего несколько росчерков чернильной ручки и отпечаток пальца могут кардинально изменить судьбу галактики.

А что может дать ей беглый агент корпорации, сидящий на троне? Станут ли подчиняться мне флот, гарнизоны, губернаторы на планетах и сами люди? Уверен, пропагандистская машина корпоратов внесёт свою лепту в общий хаос и затуманит головы миллиардам людей по всей галактике. Не станет ли хуже, если я соглашусь?

С другой стороны, я должен попытаться, потому как Шрам прав: мой отказ будет означать, что я умываю руки и отдаю галактику на растерзание корпоратам. Пройдёт всего несколько лет, и они захватят власть. А ещё за пару десятков лет подомнут под себя последние мятежные системы, и тогда мир погрузится в самый настоящий кошмар. Что касается меня, рано или поздно они меня найдут.

Сколько я болтаюсь в космосе? Какие-то месяцы. Ничто в глобальном плане. Но даже за это время столько воды утекло… У остальных членов команды прибавилось седых волос, они получили шрамы, схуднули, а я совершенно не изменился с тех пор, как Шрам внедрил мне артефакт.

У меня есть то, что нужно корпоратам, поэтому они будут меня искать даже через десятки лет. У них есть деньги, влияние, власть, продвинутая медицина, открывающая возможность восстанавливать своё тело после любых утех, но у них нет одного: вечной жизни. А это значит, что все их достижения пойдут прахом, когда пробьёт смертный час. И ради того, чтобы избежать этой участи, чтобы обрести бессмертие, они готовы на любые жертвы.

— Стать неубиваемым знаменем борьбы с корпоратами? Перстом, который указывает на того, кто падёт следующим? — пробормотал я. — Да, это хорошая мысль. Я хочу поквитаться с убийцами родителей и довести до конца то дело, которое они начали два десятка лет назад. Я сделаю то, что не удалось им и поставлю корпоратов на место. Шрам, я согласен принять титул императора и навести порядок в галактике.

На листе бумаги появилась моя размашистая подпись, следом за которой я прижал палец к пустующему квадрату напротив моего имени. Состав на мгновение размяк под температурой моего тела и затвердел, навсегда оставляя биометрическую подпись на документе.

— Вот и отлично! — произнёс Шрам, щелчком отключая визор. — Признаюсь, я ожидал, что будет сложнее. А теперь работаем по плану.

Когда мы вернулись к остальным, взгляды команды были прикованы к экрану, на котором красовался репортаж новостей. Сейчас по новостным каналам выступал сам император. Вид у него был неважный, но у него хотя бы хватило сил стоять ровно.

— … именно поэтому я хочу, чтобы империей управлял сильный человек, который сможет восстановить порядок и защитить мирных граждан во всех уголках галактики. Мой выбор пал на человека, который не понаслышке знает, что из себя представляют корпорации. Это Ник Савин. С этого момента я отрекаюсь от престола, а Савин будет новым императором. Кто из подданных воспротивится его воле, тот автоматически становится врагом империи и пособником корпораций.

Все в комнате обернулись на меня. На лицах друзей читалось крайнее удивление. Справившись с первоначальным шоком, Квадр опустился на колени. Остальные последовали его примеру.

— Друзья, не время для соблюдения церемоний. Нужно действовать, — одёрнул я команду.

— Имперский флот ждёт нашей команды, — произнёс Шрам, бесцеремонно развалившись в кресле пилота.

— Я хочу разобраться с Бершановым лично, — отрезал я, давая понять, что этот момент даже не обсуждается.