Две ночи тому назад Ежевика взял ее вместе с другими воинами на Совет. На этот раз Чернозвезд явился на остров, но ни словом не обмолвился ни о Соле, ни о своем решении вернуть племя Теней на путь Воинского закона. Ежевика вместо предводителя сел на ветку дерева и кратко сообщил собравшимся, что Огнезвезд, к сожалению, не смог прийти. Причин он не стал объяснять.

«Сколько еще всего мы скрываем друг от друга?» — думала Остролистая.

Один из секретов бросился ей в глаза, когда она проходила мимо Заброшенного гнезда. Львиносвет выскочил оттуда вместе с Медобокой и Шиповничек. Крошечная светленькая кошечка кубарем выкатилась в кучу сухих листьев и, визжа от радости, принялась кататься по ним и разбрасывать лапами во все стороны.

— Полегче, — заурчал Львиносвет. — А то устанешь, и не хватит сил вернуться в лагерь.

Шиповничек сразу же уселась, и желтый лист, медленно кружась, опустился ей на голову.

— У меня полно сил! — пропищала она. — Хочу поймать мышку для мамы!

Медобока с ласковым мурчанием вытащила Шиповничек из листьев и принялась вылизывать ее. Заметив сестру, Львиносвет подошел к ней.

— Что, сегодня нам ждать новых выздоровевших котов? — с радостью спросила Остролистая.

— Да, — кивнул Львиносвет. — Здесь останутся только Милли, Колючка и Огнезвезд. Он не хочет возвращаться, пока все больные не выздоровеют.

— Как хорошо, что Воробей нашел кошачью мяту! — заметила Остролистая и впилась глазами и добродушную морду брата.

— Что? — смущенно переспросил Львиносвет. — Ах, да, конечно!

Его странное смятение подсказало Остролистой, что она не ошиблась в своих подозрениях. С кошачьей мятой была связана какая-то тайна, которую знают оба ее брата!

«Почему они ничего не говорят мне? Ведь у нас никогда не было секретов друг от друга!»

— Теперь все будет хорошо, — поспешно сказал Львиносвет, явно желая предупредить дальнейшие расспросы. — Кошачья мята уже заметно подросла, так что нам больше не о чем беспокоиться. Милли и Колючка скоро тоже совсем поправятся. Им становится лучше день ото дня!

— Очень хорошо. Но…

— Остролистая! — раздался из зарослей раздраженный крик Уголька. Серый воин обернулся и сердито смотрел на нее со старой тропы Двуногих.

— Мне надо бежать! — торопливо буркнула Остролистая, и с болью заметила облегчение, промелькнувшее в глазах брата.

— До встречи! — ответил он и помчался в сторону лагеря вместе с Медобокой и Шиповничек.

Остролистая проводила их взглядом, вздохнула, и побрела к Угольку.

— Я что-то не понял, ты сегодня будешь охотиться или нет? — едко спросил он, когда она подошла.

— Извини, — пробурчала Остролистая. — Я просто хотела поговорить с Львиносветом.

«И совершенно напрасно хотела!» — прибавила она про себя.

Уголек пренебрежительно фыркнул и повел охотников в глубь леса. Остролистая уныло побрела за ними следом. Она так и не узнала, что скрывают от нее Львиносвет и Воробей!

Когда они закончили охотиться, гроза подошла совсем близко. На лес упала тревожная духота. Порывы горячего ветра срывали с деревьев оставшиеся листья. Шерсть у Остролистой встала дыбом, а зажатая в зубах дичь вдруг показалась ей вонючей, как падаль.

Огромные тяжелые капли принялись падать на землю, когда коты протиснулись в туннель и вышли на поляну. Одна из капель шлепнулась на нос Остролистой, и она раздраженно дернула усами, чтобы смахнуть ее. Вдалеке послышалось ворчание грома.

«Вот и прекрасно! — подумала Остролистая, волоча дичь к куче.