— Ему повезло больше, чем Листопаду, — печально вздохнула Половинка Луны.

Кошки обменялись грустными взглядами, а у Воробушка тоскливо сжалось сердце при мысли о том, сколько еще лун несчастный Листопад обречен в одиночестве скитаться в темноте туннелей, пытаясь найти выход. Он хотел бы сказать этим котам о том, что их друг погиб, захлебнувшись в подземных водах, и что они больше никогда его не увидят… Нет ничего хуже неизвестности и бесплодного ожидания! Несчастная Сломанная Тень уже повредилась рассудком, день за днем ожидая возвращения своего сына. Но как открыть им правду?

Покончив с едой. Воробушек вернулся в палатку и приготовился еще немного вздремнуть, но громкий крик Играющей Рыбки заставил его насторожиться.

— Один пропавший кот еще не означает, что мы должны уйти отсюда!

— Ты прекрасно знаешь, что речь идет не об одном коте, — резко ответила ей Половинка Луны. — Сколько котов должно погибнуть, прежде чем мы решимся переселиться отсюда? Можно подумать, жить и охотиться можно только на берегу озера!

Воробушек крепко зажмурился, притворяясь спящим, и насторожил уши, чтобы не пропустить ни единого слова. Коты спорили о том, оставаться ли на этой территории или отправиться на поиски нового дома.

«Наверное, они все-таки ушли. Вот почему мы не встретили ни единого кота, когда пришли на эту землю!»

Голоса жарко спорящих кошек стали отдаляться — видимо, они отошли от палатки и углубились в лес. Убедившись, что ничего интересного он больше все равно не услышит, Воробушек вновь провалился в сон.

Этой ночью он ненадолго проснулся и понял, что Крыло Голубки сладко спит рядом с ним. Это было странно и непривычно. С тех пор, как Воробушек вышел из яслей, он больше никогда не спал в палатке рядом с другими котами, и теперь тепло пушистого кошачьего бока показалось ему особенно уютным и успокаивающим. Он уже успел привыкнуть к запаху Крыла Голубки, и это тоже было приятно. Тихонько заурчав, он сладко зажмурился и снова уснул.

Серый утренний свет просачивался сквозь зеленый полог плюша, когда он, наконец, открыл глаза. Крыло Голубки уже ушла, но две другие кошки смотрели на него из зарослей. В первой Воробушек узнал Играющую Рыбку, а вторая была постарше, крапчатая, и с таким же янтарными глазами, как у Играющей Рыбки. Должно быть, это была ее мать.

— Привет, Воробьиное Крылышко! Пойдешь с нами на охоту? — крикнула Играющая Рыбка, заметив, что он проснулся.

Что ж, Воробушек нисколько не возражал против охоты. Отличный шанс изучить их — то есть, свою! — территорию. Он поспешно выбрался из гнезда и сладко потянулся.

— Патрульные уже ушли? — поинтересовался он и тут же испуганно сжался, увидев, как кошки в недоумении переглянулись.

— Что еще за патрульные такие? — проворчала пестрая кошка.

«Мышиный помет! Оказывается, у них и патрулирования нет!»

— Ой, Туманная Река, я же говорила, что Воробьиное Крылышко треснулся головой о камень, когда бегал по туннелям! — фыркнула Играющая Рыбка. — Он такие глупости болтает, просто смех!

Пряча смущение, Воробушек принялся вылизывать грудку.

— Да ладно тебе, — пробурчал он.

— Идем, — скомандовала Туманная Река. — Только будьте осторожны и не забывайте о барсуках.

Она первой направилась в чашу леса, а молодые коты потянулись следом. Воробушек невольно задрожал, увидев, какой чужой и непривычной выглядит знакомая ему с детства территория. Он еще накануне заметил, что деревья здесь намного ниже, а кустарник — гораздо реже. Но самое главное отличие ему еще только предстояло увидеть.