|
Ну, забыл я о том, что те, на кого я тогда орал, еще не выпустятся из школы, когда туда придет учиться Малфой. Я-то забыл, а они-то помнят.
Фарли начала нашептывать Драко:
— Драко, успокойся. Тебя все любят. Здесь тебя не ненавидят. Успокойся, все будет хорошо, — и она начала гладить его по белобрысой макушке. — А правильно летать тебя Маркус научит. Маркус же будет учить правильно летать Драко? — или мне послышалось, или в голосе Фарли прозвучала угроза?
— Конечно-конечно, не реви, пацан. Завтра же и начнем!
В ответ на это Малфой еще больше зарыдал и начал орать громче:
— И папа меня ненавидит! Он больше всех хочет, чтобы я умер! — Мерлин, что Люциус-то тебе сделал? Ты — смысл его жизни! Ты единственное живое существо, за которое этот павлин готов отдать все, включая собственную жизнь! — Я его позвал сюда, чтобы он забрал меня домой! А он выслушал, хмыкнул и ушел! Он меня ненавидит! Если вы хотите, чтобы я умер — я умру, но сначала убью этого очкастого дебила! И неважно, что вы все его тоже ненавидите и мечтаете, чтобы он умер! Это он во всем виноват! — я удивленно поднял бровь. Что-то я не заметил, чтобы хоть кто-то выражал ненависть к Поттеру. Вокруг него то и делали, что носились. — Тиканя больше всех хочет, чтобы он умер! И меня она ненавидит! Она не обращает на меня никакого внимания! Конечно, ведь у нее появился Поттер! И неважно, что она больше всех хочет, чтобы он умер! — я почувствовал, что у меня вторая бровь лезет вверх, причем самостоятельно. — Она ему подарила высокоскоростную метлу и заставила играть в квиддич ловцом! А он упадет с метлы и умрет, потому что он слепой! — Я не понял, он что, сейчас за Поттера переживает? — И вы согласны с Тиканей, чтобы он умер, вы ему зрение не восстанавливаете! Пустите, у меня дуэль! — после этих слов он обнял Фарли и разревелся. Она что-то ему нашептывала и гладила по спине, укоризненно глядя на меня. Не понял, это что я виноват, что Поттеру зрение не восстанавливают?
И вообще, если бы я ненавидел Поттера, я бы дал состояться этой дуэли.
Не знаю, на что рассчитывал Поттер, но в магическом плане, по сравнению с Драко, он из себя ничего не представляет. А если он рассчитывал перевести магическую дуэль в маггловскую драку… Ну, вероятно, нам нужно было бы срочно готовить на роль Избранного Невилла, потому что шансов у него здесь было даже меньше, чем в магической дуэли.
Помню, как я приехал во Францию забрать Драко, который гостил у Филиппа целое лето, потому что у всех были свои дела. Правда, Филиппа я не обнаружил, зато там присутствовал находившийся в отпуске Эван. Я тогда целый час не мог отойти от увиденного: девятилетний Драко бежит пятикилометровый кросс по пересеченной местности в полной боевой выкладке и по его довольному лицу было видно, что это не впервые. Просто Эван в другие игры играть не умеет, и на сегодняшний день я абсолютно не знаю степень подготовки Драко. Особенно после того, как этот маленький шантажист заявил, что он обо всем договорился и теперь «каждое лето будет проводить с этим прикольным чуваком». При этом его совершенно не смущало, что Эван — маггл. У меня есть подозрение, что Драко этого даже не понял».
— Какая у тебя подготовка, Хорек? Ты никогда не защищался и вообще позволял себя мне бить! — ухмыльнулась Грейнджер.
— Вот смотрю я на тебя и соглашаюсь с крестным, с тем, что он всегда называл тебя дурой, — спокойно произнес Драко.
— Это почему? — Гермиона недоуменно нахмурилась.
— Да уже не почему, мисс Грейнджер, уже не почему, — Люциус на секунду оторвался от своих записей.
— Что ты имеешь в виду?
— Не ты, а вы, мисс Грейнджер. |