Книги→ Фэнтези → О. Шеллина → Дневник →страница 410

Изменить размер шрифта - +

— Северус…

— Я сказал, ты услышал.

Я уже развернулся было, чтобы уйти, но тут я заметил на столе у крестного пергамент, исписанный корявым почерком Хагрида. Заявление об уходе, причем на имя Тобиаса Фолта. Подойдя к столу, я ухватил бумагу и пробежал ее глазами. В причинах увольнения стояло — несоответствие занимаемой должности. Я потер лоб. Под этой бумагой лежала еще одна, такая же. Но только на имя Альбуса. Резко развернувшись, я быстро вышел из кабинета и направился к выходу из замка.

Дойдя до хижины Хагрида, я решил проявить вежливость и последовать примеру Мальсибера, то есть я постучал в дверь. И то, что сделал это ногой, не умоляет моих порывов.

— Хагрид, мать твою. Открывай, немедленно! — мой вежливый стук сопровождался далеко не вежливым криком.

Дверь приоткрылась, и я смог протиснуться внутрь.

— Это что? — я швырнул на стол пергамент.

— Заявление. Не могу я работать больше. Недостоин, — пробубнил скорчившийся в огромном кресле Хагрид, который постоянно протирал глаза огромный платком. Я досчитал до десяти, говорят, это успокаивает. Потом пристально посмотрел на моего сотрудника.

— Вы что, с Мальсибером сговорились? Решили меня с ума свести, гады? — я недобро прищурился. — Один жить недостоин, другой работать. Вот что. Забирай свою записку, и можешь использовать ее по назначению.

— Как ты не понимаешь. Это ведь из-за меня. Из-за меня все произошло. Я ведь к ребятишкам этим ходил, про волшебство рассказывал, про Хогвартс. Показывал что-то, так по мелочи. Я постоянно к ним ходил, Северус. Не могу я пройти мимо сироты. У них были такие восторженные глаза, ты бы это видел. А многие дети не верили им, когда они про волшебство говорили. Многие смеялись и думали, что я их усыновлять пришел. Сказку рассказал, а они поверили. Только вот, один из этих… постоянно крутился рядом. Тот, кто в зале был с Реем. Я его узнал. А тогда. Не обратил внимания, понимаешь? Я думал это воспитатель. Там много воспитателей мужчин было. Думаю, он видел, как я чудеса малышам показывал. Они ведь из-за этого пошли на такое. Из-за нас. Думали, что маги посговорчивее магглов окажутся. Думали, мы только на детские фокусы способны. Не знали твари, что по их души спецы придут. А я виноват. Внимания никакого не обратил. Невыразимец хренов. Да какой из меня невыразимец?

— Хагрид, напомни мне, пожалуйста, когда тебя учили филерской службе? Что-то я не помню, чтобы у Алекса вообще было что-то подобное. Объясни мне, своему тупому начальнику, каким образом ты должен был что-то заподозрить? И более того, предпринять определенные меры? Ты под мантией-невидимкой на мучения ребят Эвана ходил, когда они заучивали физиономии, имена, прозвища, особенности моторики движений всех более менее известных отморозков? — я провел рукой по волосам. — Молчишь? Знаешь, что я тебе скажу? Эти ребята знают сейчас практически всех магглов и магов, кто представляет собой хоть малейшую опасность. Маски Пожирателей? Считай, для них этого предмета нет. Вот если бы на твоем месте был кто-то из них, и сейчас распинался в том, как он прокололся, то я бы ему голову открутил. Хотя нет. Вряд ли мне досталось бы хоть что-то от бедолаги после Эвана. Так что прекращай этой херней страдать и выходи на работу. У тебя задание. Ты не забыл, что соплохвосты в лабиринте будут резвиться? А Диггори с Поттером уже все про них знают? Нет? Тогда какого ты тут сырость развел? Просьба о твоей отставке отклонена. А Альбус сейчас тоже придет и твое заявление тебе в одно место засунет. И, Хагрид, не забудь боевой дух Поттера поднять.

— Сев, — Хагрид всхлипнул и посмотрел на меня. — Ты это, с русалками — то поговори, а то контракт на трех участников только был.

— Я помню об этом.

Быстрый переход