Вообще я заметил, что начинаю наплевательски относиться к собственной внешности. На шмотки — плевать. На прическу — плевать. Главное — душ не забывать каждый день принимать, а то совсем на маргинала буду похож. Причем, малолетнего.

Похоже, я каждую осень буду подвергаться депрессиям.

В этом году я наотрез отказался ехать на поезде. Надоело! Не хватало мне остатки не безграничного ангельского терпения растерять, при встрече с этими гриффиндорскими недоумками.

На каникулах я прочитал занимательную книжку. Маггловский писатель Дарвин писал про эволюцию человека разумного. Так вот, становление нашего вида началось тогда, когда обезьяна взяла в руки палку. Это перерождение человека обычного в человека разумного проходило миллионы лет.

Я задумался. Если учесть, что Поттер и Блэк взяли палочку в руки два года назад, то боюсь, даже миллиона лет им не хватит, чтобы прекратить прыгать по деревьям и начать нормально себя вести. В их случае маггловская штука «эволюция» бессильна.

Поэтому я спокойно сказал крестному: «Если желаешь видеть меня в этом году в качестве студента, позаботься о моем перемещении в школу. Это же в твоих интересах. А то на пир, в честь начала учебного года, ты можешь не дождаться нескольких ошибок природы».

Он и позаботился, правда, уже в последний момент, я как раз начал распаковывать собранный чемодан. Аппарировав до Хогсмита, он довел меня до «Кабаньей головы» и сдал на руки Аберфорту. В его кабаке есть вход в замок, ведущий в Выручай-комнату. О нем мало кто знает. И это чертовски удобно! Я вообще знаю, как минимум, двенадцать тайных выходов из Хогвартса, десять из которых идут в Хогсмид, а два — я так и не понял куда. Один из них вел в какую-то хижину, месторасположение которой я так и не смог определить, а другой открывался в огромный туннель, заканчивающийся тупиком. Для чего он был нужен, я тоже не понял. Четырьмя ходами, ведущими к Аберфорту, я пользовался частенько. Надо же мне хоть изредка общаться с умным человеком, а то занятия с Учителем меня перенапрягали очень сильно.

Что придумает Салазар в этом году страшно себе представить! Конечно, надежда на то, что они с Василиском поубивали друг друга, грела мое сердце, но реализм дико смеялся над мечтами.

Настроения моего не улучшила и толпа галдящих первокурсников, идущих в Большой зал на распределение. Волею судьбы, а точнее моего опоздания, мне пришлось топать вместе с ними. Когда один из нахальных первогодок поинтересовался, на каком факультете я бы хотел учиться, терпение мое лопнуло, и я буквально ворвался в зал, громко плюхнувшись на свое место между Малфоем и Нарциссой! Надоело! Что я вообще тут делаю? Лучше бы я на поезде ехал! Хоть душу бы отвел, и ничто бы не защитило этих идиотов, если бы они снова ко мне полезли!

Нарцисса начала бурно хлопотать надо мной, похоже, репетируя роль заботливой мамочки. Оказывается я:

1) очень маленький;

2) очень худенький;

3) очень бледненький;

4) очень-очень еще много чего.

Если она поставила перед собой цель скормить мне все, что было на Слизеринском столе, то она ее практически выполнила. Когда меня уже начало тошнить, она поняла, что перестаралась и начала заботливо меня поить. Всухомятку же есть нельзя! Я возненавидел тыквенный сок до конца своих дней! Если меня сейчас вырвет, на глазах у всей школы, виноватым останется крестный! Должен же хоть кто-то быть виновным в моей смерти от переедания?

Интересно, Нарцисса донесет меня на ручках до постельки и споет колыбельную? Или она поручит это сделать Малфою, которому, судя по перстенечку на ее безымянном пальчике, тоже следует тренировать отцовские чувства. А то я, превратившись в шарик с ручками и ножками, не смогу докатиться до гостиной. Лестницы мне не позволят.

Но Малфой, судя по всему, хотел дочку, потому что он категорически отказался, в ответ на мою очень простую просьбу, хотя бы помочь встать из-за стола.