— Ты не представляешь, какой ты мне подарок только что сделал, ты просто не представляешь. Я очень люблю твою мать, но если бы дело касалось только ее, я никогда не рискнул бы так кардинально менять свою жизнь, но она затащила меня как-то сюда в поместье, и я увидел тебя. Маленький, взъерошенный, ты был похож на дикого зверька. Какой-то потерянный. Я знаю, что не был идеальным отцом, но поверь, я старался и каждый раз натыкался на вежливое недоумение с твоей стороны. А мне хотелось большего, гораздо большего. Если бы ты знал, как я хотел хоть на время стать Темным, овладеть некромантией, поднять Гордона и упокоить его с особым цинизмом и повторять это действие до бесконечности, пока не надоест. Как он посмел оставить тебя, вас? Как? Северус, сынок, если бы я знал, если бы ты только намекнул мне, хоть разочек. Сколько же времени мы с тобой потеряли. Но ничего, все сейчас пойдет по-другому. Все! Ты же не будешь возражать, если я оформлю официальное усыновление?

Во время его сбивчивой и часто несвязной речи, я старательно заливал слезами и соплями его рубашку. Радостно качая головой, мол, нет, возражать я не буду, и да, я согласен, что следующее лето будет о-о-очень насыщенным. Нас ждет Париж, Милан, Рим и прочее — прямо по списку. Где мы возьмем на все это деньги меня не волновало. Зимой я стану совершеннолетним, и сейф с моим гонорарами и набежавшими процентами перейдет в мое распоряжение.

Потом мы долго говорили обо всем на свете. Я даже ему про Слизерина рассказал. В лицах. Отец долго смеялся над особо впечатляющими моментами. Обедали и ужинали мы здесь же. Мама один раз заглянула к нам и ушла, улыбаясь.

Сейчас уже почти двенадцать, а я чувствую себя по-настоящему счастливым, немного опустошенным, но счастливым. Сижу и глупо улыбаюсь.

Ой, мне же завтра с Малфоем встречаться».

— Они так и не поехали никуда, не успели, — на глазах Эйлин появились слезы. Она смахнула их рукой и развернулась к Перси. — Читай дальше, мальчик. Мне очень не терпится узнать, что там за встреча была с Малфоем.

Быстрый взгляд голубых глаз заставил Люциуса передумать и проглотить, начавшую зарождаться, реплику.

Глава 17. Нескромное предложение

«20 августа 1974 года.

Я сейчас нахожусь на своем чердаке и пытаюсь осмыслить сразу несколько вещей:

Кто виноват?

Что делать?

Что вообще происходит в волшебном мире?

Но начну по порядку.

Утром отец аппарировал меня в Тупик и деликатно удалился, предварительно оставив мне портключ. Я решил на всякий случай не рисковать и провести время до прихода Малфоя в кресле, читая книжку.

Разговор предстоял серьезный, и я пытался настроиться на нужный лад. Пора расставить все точки над I.

Когда я говорил отцу, что не признаю однополых отношений, я именно это имел в виду. К тому же я банально боюсь разочароваться. За все время, пока Малфой со мной нянчился, он стал для меня почти родным.

Люциус заявился ровно в полдень. Войдя в комнату, он сразу уставился на мое лицо. Что он там пытался найти? Новые синяки, не иначе. Под его пристальным взглядом мне стало слегка не по себе. Я заерзал в своем кресле. Серые глаза моего бывшего старосты сверкнули:

— Покажешь спину?

Ага, жди. Только стриптиза в моем исполнении сейчас и не хватает!

— Нет, не покажу. Твой заказ на столе. Проверяй, отдавай деньги и вали отсюда.

Взгляд Малфоя стал задумчивым:

— Знаешь, ты всегда был немного хамоват.

— А ты всегда был немного пида… э-э-э …в общем, если хочешь большой и голубой любви, то это ни ко мне.

— Северус, что с тобой? Я тебя чем-то обидел?

— Нет, просто не веди себя так, как ты ведешь себя со мной всегда, и не будешь регулярно посылаем.