|
А я все силы тратил на то, что бы стоять прямо, не прикрываясь и не краснея. — Мальчики, уберите это. — Я с тоской смотрел, как юный паренек сгреб мои вещи и утащил куда-то за дверь. У меня появилось предчувствие, что я их больше никогда не увижу. — Филипп, где ты нашел это сокровище? Какая восхитительная невинность и одновременно прямо-таки королевская гордость! А татуировка! Божественно! — Шарль протянул руку и провел по лозе от запястья, по всей ее длине до груди, задев сосок. Я вздрогнул и все же покраснел. — Просто очаровательно… — Шарль придвинулся ко мне, его голос упал до шепота, и в нем появились мурлыкающие нотки. Лишь усилием воли я не отшатнулся. — Но Филипп наверняка знал, что скрывается под этими омерзительными тряпками.
— Шарль, полегче. Мальчика зовут Северус, маркиз Сонвье. Он сын покойного Тобиаса Снейпа, помнишь такого? И я отвечаю за него, — в голосе Филиппа прозвучала явная угроза.
Я стоял ни жив, ни мертв, а в голове звенело — маркиз Сонвье. Не лорд Снейп, а маркиз Сонвье! Ну Тобиас, ну жучара. И я баран, до сих пор не удосужился завещание просмотреть. И самое главное, Грипкуф не поправил маму, когда она мои титулы перечисляла. Не знал? Что-то сомнительно. Хотя нет. Гоблин маму не поправил, но обратился к ней — миссис Снейп. Я тогда это заметил, но не придал особого значения. Так галочку в памяти, не забыть спросить!
— Филипп, у меня и в мыслях не было… Это бомба, Филипп! Мальчики, сантиметр, быстрее, у нас много работы.
Когда они наконец-то убрались, я уже был близок к истерике.
Филипп принес мне мягкую рубашку и брюки. Все было мне большое, пришлось подворачивать рукава и штанины.
— Ну вот и твое первое испытание, поздравляю, ты справился.
Я смотрел на него с ужасом. Меня била мелкая дрожь. Филипп притянул меня к себе и обнял.
— Ну, ну. Успокойся, малыш. Я не дам тебя в обиду, да ты и сам сможешь за себя постоять. Если ты с достоинством пройдешь через клоаку, называемую высшим светом, будь уверен, тебя уже ничем не удивишь, не напугаешь и любое испытание будет тебе нипочем. А теперь, иди в свою комнату, завтра рано вставать.
О, Мерлин, дай мне силы. За что мне все это? Что я такого совершил?»
— М-да.
— Ага.
— Эван Роше, его наставниками были Эван Роше и Филипп Ксавье! А я, идиот, еще удивлялся, как мальчишка-полукровка мог так легко и непринужденно размазать по стенке любого, как словесно, так и физически, — Кингсли всхлипывал. — Ну ладно, я не знал, что он темный, я тогда отключился раньше, чем все прояснилось, а к Альбусу на порку меня не взяли, пожалели, но что у него были учителя, можно же было догадаться и спросить. В лоб-то Северус меня за вопрос не ударил бы. Аврор хренов. — Кингсли опустил голову, явно приноравливаясь постучать ею по трибуне.
— Перси, детка, налей председателю водички, не видишь у человека шок. Перси, я сказала председателю, а не на председателя! Читай уже, дальше.
Глава 26. Танец с саблями
«11 августа 1976 года.
Я решил записать события, произошедшие со мной сегодня, причем очень подробно, слишком уж много впечатлений.
Филипп поднял меня в половине четвертого утра. Или нужно говорить ночью? Не знаю, но после такого режима, я по ночам скоро спать не смогу.
Пока я принимал душ, кто-то разложил на постели одежду, подозреваю, что Эван приготовил мне ее заранее, а сейчас выдал посредством Филиппа. Это была точная копия его повседневной формы: черная майка, брюки с накладными карманами, ботинки до середины голеней со шнуровкой. Также на кровати лежали трусы в упаковке. А кто-то утверждал, что по магазинам не ходит.
Я быстро оделся и стоял в раздумье, вертя в руках палочку. |