Когда они наконец-то убрались, Филипп покосился на меня и вздохнул.

— Ты просто чудо. Чего у Анри не отнять так это чувства прекрасного, а у Шарля, не смотря ни на что, безупречный вкус. Кстати, Анри такой же как и ты, то есть гетеросексуал. Предупреждая твой вопрос, ему так было проще пробиться. Мир моды очень жесток и одного таланта для того, чтобы добиться в нем успеха — мало. Но, поспешим, а то действительно опоздаем.

— Я могу хотя бы в зеркало взглянуть?

— Вернемся, взглянешь, поверь мне, ты выглядишь изумительно.

Мы аппарировали в театральную ложу. Забавно, я даже не увидел, что это вообще был за театр.

— Есть своеобразное преимущество в закрытых ложах, не находишь? Во всяком случае, они здорово позволяют сэкономить на дороге.

— Что мы будем смотреть?

— Балет. Сегодня выступает труппа Большего Театра из России. Хачатурян. Балет называется «Гаянэ».

Балет мне понравился. И музыка и танцы были просто изумительны.

Особое впечатление на меня произвел танец с саблями и чувство, что сегодня Кери танцевал ничуть не хуже.

В антракте я заметил, что на меня многие откровенно пялились. Меня это слегка нервировало.

Проходя по одному из коридоров, я внезапно увидел парня, идущего мне навстречу. Очень коротко постриженный, но с длинной челкой, закрывающей одну половину лица. Челка была рваной, но как ни странно, подчеркивала привлекательность парня. Бледная кожа, высокие скулы, черные глаза, опушенные длинными и густыми ресницами, даже большой нос не портил его, а придавал какую-то изюминку внешности. Он был очень стройный и одежда, что была надета на нем, подчеркивала широкие плечи, тонкую талию и узкие бедра. Его походка чем-то напоминала мне походку Эвана. Одет он был в мягкие брюки из темной замши, белоснежную водолазку и расстегнутый пиджак с высоким воротником-стойкой, длиной немного выше колен, с разрезами по бокам. Пиджак был черного цвета, с пущенной по воротнику и бортам вышивкой из серебряной нити.

Никогда не завидовал смазливой внешности Поттера, Блэка или Малфоя, но сейчас впервые ощутил неприятный укол где-то в районе груди. И лишь подойдя ближе, я понял, что передо мной находится зеркало.

Никогда еще не писал так много, как сегодня. Пора спать, завтра начнется ад».

— Твою ж мать, мать твою, твою…

— Перси, читай! Кингсли заклинило, полейте его кто-нибудь еще водичкой.

Глава 27. Начало пути

«28 августа 1976 года.

Через четыре дня я сяду в Хогвартс-экспресс и уеду в школу. Я там буду почти как обычный ученик. Ключевое слово — почти.

Последние недели в один миг вдруг как-то стерлись, размылись. Осталось время до… и время после. После того как я…

Две недели, прошедшие с того момента как за мое воспитание взялись пятеро специалистов высочайшего класса по проведению секретных операций, пролетели со скоростью снитча.

Сказать, что они меня многому научили? Нет. Я стал довольно сносно попадать в мишень, и пропускал на спаррингах с Кери каждый второй удар, а не каждый первый как вначале. Да, там же еще были бакены. До мечей мы не дошли, к счастью для меня.

Единственное, что у меня выработалось — это скорость реакции. Я начал замечать, что в меня что-то летит уже на третий день, а на десятый, я мог если не отбивать, то уклоняться от летящих в меня мячей.

Свою угрозу насчет ножей они не выполнили, так что думаю, это все-таки была шутка. Однако когда я заикнулся о своем несовершенстве, ну еще бы, даже в своих поединках со Слизерином я выглядел более достойно, мои няньки переглянулись и весело заржали.

— Не комплексуй, Сев, достать каждого из нас — это нужно умудриться. Вот увидишь, если тебе встретится соперник, ну или соперники, так сказать твоей весовой категории, то ты сможешь их удивить, — Андре, говорил это, запуская в полет к мишени очередной нож.