— Откажись от показаний.

До этого момента мы их только пугали, ничего не требуя и не упоминая ни о каких условиях — просто нагоняли как можно больше страху.

Мистер Харпер кивнул так энергично, что чуть не выбил у меня пистолет.

— Мы не шутим! — прорычал я. Харпер снова кивнул, всячески демонстрируя, что он все понял. — И не заставляй нас возвращаться. Тебя никто не защитит.

Я поставил стул вертикально и разрезал веревки у Харпера на запястьях. Что хорошего, если их придется развязывать соседям? Главное, чтобы исчезли свидетельские показания, а семь новых уголовных дел нам ни к чему. Мистер Харпер взглянул на Эмили — она была невредима, если не считать красной полоски на шее. Разумеется, мы не собирались ее насиловать, но когда у тебя мало времени, надо выкатывать крупный калибр. Нехорошо, конечно, но ведь это всего лишь угрозы…

Харпер попытался встать, но я пихнул его назад и продолжил:

— Не звони в полицию, не ходи к врачу и вообще никому ничего не говори. Через неделю пойдешь со своим адвокатом к инспектору Леонарду и заберешь назад показания. Пусть говорит, что хочет, пусть угрожает. Учти, это твой единственный шанс! Иначе через неделю умрешь — и она тоже!

Завтра он узнает о судьбе Пола Джеффри и будет благодарить небеса за чудесное спасение. Так и задумано.

Мы оставили Харперов обмениваться впечатлениями и через несколько минут уже подъезжали к дому нашей жертвенной овечки. Я позвонил Логану. Остальные должны были освободиться за пять минут до того, как ударим мы с Крейгом — прежде чем подкидывать легавым настоящее убийство, надо убедиться, что никого из наших не замели. Как оказалось, первая часть прошла без сучка без задоринки. Невероятно — я готов был побиться об заклад, что Эдди что-нибудь учудит, например, подстрелит себя, Брайана или случайный самолет. Однако даже он сделал только то, что от него требовалось.

Итак, осталось три свидетеля, а Эдди с Брайаном могут отправляться по домам. Пока все идет хорошо, но успокаиваться рано.

— Попробуй еще раз, — сказал я, прячась в тени.

— Я уже три раза звонил, его нет дома, — ответил Крейг, моргая под своей лыжной маской.

— Все равно попробуй.

Крейг позвонил в четвертый раз и отступил в сторону. Мы пригнулись, готовясь к прыжку, но дверь не открывалась. Похоже, и в самом деле никого.

— Вот сволочь, взял и ушел! — плюнул Крейг, выпрямляясь. — Что теперь делать? Нельзя же ошиваться здесь всю ночь, кто-нибудь заметит и сообщит.

— Да неужели?

— Точно, — кивнул он, даже не уловив иронии.

Я вздохнул и направился к машине. Сел за руль, поднял маску и не торопясь завел мотор, дав Крейгу еще пару раз спросить, что мы будем делать.

— Может быть, шести достаточно? — с надеждой спросил он. — Одного свидетеля мало, и они закроют дело.

— Может быть. А может и не быть. Без наглядного примера нас могут не принять всерьез, и тогда Джеффри окажется уже не один. Хочешь лишних двенадцать лет к сроку за запугивание свидетелей? Его надо убрать.

Я вытащил из кармана куртки телефон и набрал номер Логана. Он ответил через два гудка, даже не дав мне сказать.

— Есть?

— Нет. Этот придурок куда-то ушел. Я не знаю, где он.

— Что? Он вышел и ты не знаешь, где он? — переспросил Логан. Я думал, что так повторяют реплики только в сериалах.

— Как прошло у остальных? — успел я спросить, пока он не собрался с мыслями.