— А поскольку я не краду деньги и не имею жены, то никогда и не познакомлюсь.

— Тем лучше.

Ладно, оставим эту тему. Аделаида тут ни при чем, и даже если она сама придерживается таких взглядов, то что толку спорить?

— Да, — сказал я и решил обдумать все попозже, на досуге.

— Так почему ты все-таки не женат?

— Трудный вопрос. Все равно что спросить кого-то, почему он женат. Женат, потому что встретил подходящую девушку. А я не женат, потому что не встретил.

— Но ты же встречаешь иногда девушек?

— Да, но познакомиться с ними не так просто. Не могу же я подойти к ним в пабе или на дискотеке, среди толпы, хлопнуть по плечу и сказать: «Привет, надеюсь, ты не будешь против, если мы немного поскучаем вместе? Может быть, понравимся друг другу и станем спутниками жизни. Давай я заплачу за выпивку и подвезу тебя и всех твоих друзей домой, а ты дашь мне свой телефон». Извини, но я примерно этим и занимался целый год, когда вышел из тюрьмы. Больше не хочу.

Аделаида странно посмотрела на меня.

— Что?

— Ты был в тюрьме?

— Что? — Я весь сжался, сердце заколотилось в груди. Боже, что я сказал! — Нет, я…

— Что ты сделал?

— Ничего. Черт, извини. Я не должен был… Извини.

— Ты не волнуйся, ничего страшного. Я не хотела тебя расстраивать, просто интересно. Если не хочешь, не говори — меня это не касается.

Как я мог проколоться? Потрясающее легкомыслие! Странно еще, что и про убийства не сболтнул. Так. Думай, Иан, думай! Она еще сидит напротив, не закричала в ужасе и не убежала. Более того, судя по горящим от любопытства глазам, в ближайшее время не собирается. Да и с какой стати? Что тут такого? За решеткой перебывала куча народу, хотя рассказывать об этом окружающим, особенно девушкам, конечно, не рекомендуется.

Что, интересно, она теперь обо мне думает?

Вероятно, ничего хорошего. Как обидно, ведь до сих пор все шло так хорошо! Кретин! Неужели трудно следить за тем, что болтаешь?

Ладно, ничего не поделаешь, слово не воробей. Аделаиду я больше никогда не увижу. А может, оно и к лучшему.

По крайней мере ее не нужно убивать. Или все-таки нужно?

Нет, конечно, не нужно. Допустим, сидел я, ну и что? Понятно, что детей от меня она не захочет рожать, но и в полицию не побежит — зачем? Это уже хорошо.

Черт побери!

Аделаида продолжала смотреть мне в глаза, ожидая ответа, и я решился. Теперь уж все равно. Только не про трусы! Не стоит унижаться.

— Убийство, — произнес я тихо.

— Не может быть!

— Я не хотел, все вышло случайно. В драке. Я тогда был совсем мальчишкой.

— Боже мой! Как это произошло?

— Извини, мне не хочется рассказывать. Столько лет прошло. Я стараюсь забыть.

— Да, да, конечно, извини, я не подумала. Теперь мне понятно…

— Что понятно?

— Почему тебе трудно разговаривать с женщинами. И что у вас общего с Крейгом. И почему ты всегда немного грустный.

— Неужели?

— Да, но тебе идет.

— Э-э… спасибо. — Я оттолкнул тарелку с недоеденной рыбой. — Ладно, если ты хочешь распрощаться и уйти, я все пойму. Не беспокойся, я не буду тебя преследовать.

— Уйти? Иан, какой ты глупый! Меня совершенно не беспокоит, что ты был в тюрьме, — воскликнула она. Я оглянулся — нас могли услышать. — Поверь мне, я не собираюсь осуждать тебя за прошлые ошибки. Мы все ошибаемся, жизнь есть жизнь. Ведь это не вошло у тебя в привычку, верно?

— Э-э…

— Ну вот.