Когда я в первый раз…
Она закусила губу и повернулась к нему спиной, обрадовавшись, что может отнести чашки в раковину и таким образом избежать его испытующего взгляда.
— Джози, я не думаю, что рассудок твоего дядюшки помутнен. По-моему, он очень проницателен. И был таким, наверное, всю жизнь. Но именно поэтому сегодняшний эпизод очень меня встревожил. Почему он повел себя так грубо? Думаю, это дело с Сэмом надо прояснить. Что если попросить его прийти завтра в палату к Джозефу, чтобы наконец все уладить?
Джози издала было протестующий звук, но Феликс продолжил:
— Понимаешь, после твоего ухода сегодня Джозеф пытался нам что-то сказать. Я совершенно уверен, что это касалось тебя и Сэма. И очень расстроился, когда не сумел этого сделать. Нет, нам надо…
— А ты тоже будешь присутствовать при разговоре?
— Да.
Джози задумчиво кивнула.
— Что ж, полагаю, ты прав. Но, наверное, сначала нам надо спросить Джозефа, как он сам к этому относится. Ты ведь не позволишь расстроить Джозефа, правда?
Феликс молча кивнул. Выражение его лица стало таким суровым, что внезапно Джози порадовалась тому, что он на их стороне.
— Смею тебя уверить, что мистер Уоллес свое получит. — В его глазах появилась озорная искра. — А на дежурстве завтра сестра Ховард, которая стала вашей с Джозефом ярой болельщицей. О, она поистине твердый орешек! Мы позаботимся о том, чтоб она тоже присутствовала во время свидания с Сэмом. Доставим ей это удовольствие!
8
На следующее утро в восемь зазвонил телефон.
— Сэм придет в больницу к одиннадцати, — сообщил ей Феликс удивительно холодным тоном и, услышав ее «отлично», тут же повесил трубку.
Странно, вчера все было так хорошо. Перед уходом он быстро поцеловал ее. И в его поцелуе было столько нежности, что, когда около десяти вечера к ней заехал Билл за готовой партией штор, она все еще светилась от счастья.
— Ой, какая ты довольная! — сказал он. — Интересно, а тот парень, что выходил из твоей калитки, когда я подъехал, имеет к твоей радости какое-нибудь отношение?
Джози тут же радостно выложила Биллу все о Феликсе и Сэме, о том, что они наметили на завтрашний день. Она даже призналась ему в том, что отвесила Феликсу оплеуху при первой встрече.
Билл расхохотался.
— Представляю, как вы будете смеяться, рассказывая об этом эпизоде вашим детям через много лет!
Его слова вернули Джози к реальности. Она бурно запротестовала в ужасе от того, что Билл мог подумать что-то не то.
Но он только смеялся и, в конце концов, сказал:
— Конечно, конечно. Джули будет в восторге от твоего рассказа!
Наконец Билл умчался, прихватив с собой партию уже пошитых Джози штор.
После его ухода девушка с облегчением вздохнула — слава богу, ей оставалось пошить занавески всего для одной комнаты, и она надеялась, что успеет справиться с работой к завтрашнему вечеру.
Но не тут-то было. Она поспешила к рабочему столу и, проверив свои измерения, убедилась в том, что штора, над которой она работала накануне, выкроена неверно. Джози ужасно расстроилась и метнулась к телефону.
— Джули! Ради бога, извини меня, но я испортила одну занавеску. У тебя есть в запасе еще немного такого же материала?
— Не волнуйся! — Похоже, подругу эта новость не слишком огорчила. — Этот материал оказался таким популярным, что я прикупила на всякий случай еще парочку рулонов.
— Отлично! Кто-нибудь сможет мне его утром забросить или мне заехать самой?
Джулия громко окликнула кого-то и через минуту сказала:
— Тебе повезло, наш компаньон Клайд завтра как раз едет в твою сторону, так что жди его около девяти утра…
После звонка Феликса позвонила миссис Иствуд. |