Видя, что Феба все еще не пришла в себя, виконт заботливо поддержал ее за локоть; он также приходил ей на помощь всякий раз, когда кто-нибудь заговаривал с ней. Впрочем, Феба крепко стояла на ногах и ее наряд выглядел безупречно. Только легкий румянец на щеках и лихорадочный блеск в глазах могли выдать ее.

Если Фебу так сильно потрясли предварительные ласки, то что с ней будет после первого соития? Эта мысль не могла не волновать Деверелла.

Проходя мимо леди Грисуолд, он галантно улыбнулся ей и вместе со своей спутницей направился к Эдит.

Посадив Эдит и ее племянницу в экипаж, виконт подошел к карете, в которой уже сидела его тетушка, и, попрощавшись с ней, решил немного прогуляться, чтобы успокоиться и унять нервную дрожь.

Медленно бредя по безлюдным ночным улицам, Джослин думал о человеке, который нанес Фебе глубокую душевную травму. Сейчас он готов был убить этого мерзавца и с наслаждением придумывал способы самой изощренной мести.

На следующий день виконт попытался убедить себя в том, что его желание поехать на завтрак под открытым небом, который устраивала леди Флеминг в Уимблдоне, является всего лишь хитрым тактическим ходом. Там он снова увидится с мисс Маллесон и таким образом освободит вечер для других важных дел. Он собирался продолжить свое расследование, установить наблюдение за домом Эдит и проследить за конюхом или за горничной Фебы, если они ночью выйдут из дома.

Однако на самом деле Деверелл сгорал от нетерпения завершить то, что они с Фебой начали накануне. То, что ему не удалось довести ее до апогея страсти, он воспринимал как свой позор, черное пятно на его репутации опытного любовника. Теперь ему предстояло исправить положение.

Хорошо еще, что мисс Маллесон, по всей видимости, была не прочь продолжить их интимное общение.

Заметив Деверелла на лужайке у дома, Феба остановилась. Она была одновременно удивлена и обрадована его нежданным появлением, и ее сердце замерло.

– Что вы здесь делаете? – спросила она.

Деверелл усмехнулся, но тут же принял притворно чопорный вид:

– В последний раз я посещал подобного рода мероприятие лет одиннадцать назад. Надеюсь, вы не станете возражать, если я предложу вам прогуляться по саду?

– Конечно, нет, но… Неужели вы хотите… улизнуть вместе со мной отсюда и… и заняться любовью?

В изумрудно-зеленых глазах Деверелла вспыхнули озорные искорки.

– А почему бы нет?

Окончательно смутившись, Феба потупила взор, чтобы не видеть этих бездонных глаз, в которых она боялась утонуть.

– Но я… – Феба запнулась.

– Так вы не хотите?

От его низкого вкрадчивого голоса по спине Фебы побежали мурашки. Она едва не выпалила: «Конечно, хочу!» – но вовремя прикусила язык, приказав себе прежде думать, а потом уже говорить.

– Последняя ария сопрано вчера показалась мне слишком короткой, – протянул Деверелл, так и не дождавшись ответа. – Во всяком случае, мы многого не успели, и поэтому я предлагаю продолжить начатое и довести дело до конца. Уверяю, вас ждет масса интереснейших открытий.

Это предложение показалось Фебе столь заманчивым, что она не смогла отклонить его. У нее перехватило дыхание от соблазнительных картин, рисовавшихся в ее воспаленном воображении.

Бросив взгляд в сторону сидевших на другом конце лужайки в окружении подруг Эдит и Одри, Феба с облегчением вздохнула, – похоже, тетушки были поглощены увлекательным разговором и даже не заметили опасного хищника, преследующего опекаемую ими жертву.

– Боюсь… – Она помолчала, собираясь с духом. – Боюсь, наше отсутствие очень скоро заметят и сочтут неприличным.

Проследив за взглядом Фебы, Деверелл фыркнул.