Задержал взгляд на слове «подробнее», и ниже тут же появился дополнительный текст.

Представитель фракции «Дайме» предлагает вам уникальное задание.

Совершите ритуальное самоубийство. Награда 1000 тилей.

Принять? [ Да ] [ Нет ]

— Да бл*ть! — в сердцах выругался. А я ведь на секунду даже поверил, что мне и правда кто-то захотел помочь. Ну и придурок. Конечно, все прям-таки услышали мою просьбу и сразу ринулись ко мне с распростертыми объятьями. Я же до сих пор даже близко не представляю, что творится и кто со мной общается, а уже на что-то рассчитываю. — Надеюсь вы все передохните с такими шут…

Договорить я не успел — кусок бетонной плиты, на которой я стоял, резко покачнулся, и я упал на задницу, чуть не свалившись со спасительного грибочка.

— Эй-эй, ребятки! — свесившись вниз, крикнул тварям. — Давайте потише! А лучше вообще свалите куда подальше! Всё равно вам до меня не достать!

К сожалению, веры в свои слова у меня не было совершенно. Беснующиеся снизу твари не могли забраться ко мне, однако арматура всё сильнее и сильнее содрогалась от ударов тяжелых туш. Писец котенку… Или? Повинуясь мысленному желанию, перед глазами снова возникло окошко с таймером.

[02:28]

[02:27]

[02:26]

Черт… Осталось всего две минуты! Не знаю, что произойдет, когда время выйдет, но это единственная надежда. Верить в то, что моё убежище сможет выстоять ещё пару минут, после чего все твари исчезнут как страшный сон.

Понимая, что теперь от меня уже ничего не зависит, устало выдохнул и сплюнул вниз очередной кровавый сгусток, даже не опуская взгляд на толпу жаждущих отведать моей плоти существ. Как оказалось, очень зря.

Не знаю точно, что именно случилось, но неожиданно в кусок бетонного перекрытия снизу врезалось что-то тяжелое, и это стало последней секундой жизни спасительного грибочка. Опора резка ушла из под ног, и я полетел вниз вместе со всей бетонной шляпкой. Пару мгновений спустя на спину пришелся ошеломительный удар, воздух резко выбило из груди, а затылок совсем не мягко соприкоснулся с бетоном. Сознание тут же отправилось в темноту.

На удивление, глаза я открыл самостоятельно, и мною даже никто не спешил полакомиться. Правда резкая головная боль и приступ кашля, от которого я выхаркал, как мне показалась, чуть ли не пол литра крови, тут же дали понять, что мои шансы на выживание ничуть не повысились. С трудом приподнялся на локтях, пытаясь рассмотреть что-то сквозь темно красную пелену перед глазами.

Спустя несколько мгновений хриплый истерический смешок сам собой вырвался из моего горла.

Не уверен, можно ли было назвать это удачей или нет, однако тварей вокруг больше не наблюдалось. И месиво ошметков, которое можно было рассмотреть в бетонных трещинах полуразрушенной шляпки, на которой я сейчас возлежал, говорило о том, что каким-то чудом с главной своей проблемой я разобрался. Вот только радости у меня не прибавилось совсем — на смену первой проблемы пришло две других.

Первая — кусок арматуры, торчащий из бетона, рассек одну из моих икр, и кровь чуть ли не журчащим ручейком растекалась блестящей лужицей вокруг ноги. Вторая — ужасная головная боль, показывающая, что у меня в голове далеко не маленький синячок. А любое кровоизлияние в мозг, с учетом моей «любимой» гемофилии, почти гарантированно приводило к самым плачевным последствиям. Так что если даже прямо сейчас рядом со мной из ниоткуда появится карета скорой помощи, то шансов на спасение у меня всё равно никаких.

Вспомнив о том, из-за чего это всё вообще началось, переключил своё внимание на ворох голубых окошек, мелькающих на границе сознания.