— Да не так уж и далеко. Километров шестьдесят-семьдесят от города.

— Это тогда было семьдесят, а сейчас, пожалуй, меньше. Как говорится — новостройки шагают в поля!

— Так что ж мы сидим?

— А кто сидит?

— Толя, открывай гараж, выгоняй свой «Студебекер». Баки под завязку. Форма одежды рабочая. Да, не забудьте шанцевый инструмент.

На сборы сорок пять секунд плюс поправка на возраст.

Через полтора часа потрепанного вида «уазик» выруливал со двора.

— Командуй, штурман.

— Юго-юго-восток. До поселка Гусиная слобода. А там скажу. Если вспомню.

— Ты уж постарайся. А то под трибунал.

— По какой дороге поедем? — спросил водитель.

— А в чем разница?

— Одна хорошая, но длинная. Другая короткая, но разбитая.

— По короткой! Какие могут быть сомнения, — оживились ветераны. — Прямой путь ближе к цели. Ты же не таксист, чтобы кренделя выписывать.

— Верти динаму, водила. Труба зовет!

В машине трясло, как в «козле», прыгающем по разбитой фронтовой дороге. Пенсионеры-разведчики подскакивали, сталкивались, наваливались друг на друга. Их животы вздрагивали в такт каждой выбоине. Им было неудобно, но весело. Как тогда, когда не было ни животов, ни пенсионных книжек, ни колитов с радикулитами. Когда им было на всех столько же, сколько сейчас каждому. И когда никто из них не мечтал о том, чтобы жить долго. Хотя бы до завтрашнего дня.

Остановка.

— Куда дальше?

— А я знаю? Сколько лет прошло.

— Ты на года не вали. О билете на футбол помнишь, значит, и все остальное не мог забыть.

— Дался тебе этот билет.

— Кончайте препираться. Какие-нибудь приметы там были?

— Кирпичный завод был. И карьеры.

— Мамаша, — высунулся Сан Саныч из машины, — здесь кирпичного завода поблизости нет?

— Есть. Три. Вам какой нужен?

— Тебе какой нужен? — толкнул Полковник Семена в бок.

— Наверное, тот, который старый. Который еще довоенный.

— Тогда направо, — сказала бабушка. — Там еще карьер будет затопленный.

— Точно, карьер. Я же говорил, карьер!

После карьера дорога опять расходилась надвое. Прямо как в сказке про богатырей: направо пойдешь — пропадешь, налево пойдешь — костей не соберешь и прямо примерно тот же результат. От этой развилки и вправо и влево, насколько хватал глаз, тянулись дачные участки.

— Все, плакали наши пушки. Их дачники давно раскопали и вместо стоек к помидорам приспособили.

— Да ладно ты каркать. Там лес был. А перед ним болото. Какие там, к черту, помидоры.

— А дальше?

— А дальше три сросшихся дерева…

— И корова на лугу, от которой сто шагов на север. Нашел тоже примету.

— Ну-ка придержи. Здесь был холм. А под ним ручей. Скорее даже речка. Точно, речка. Мы тогда еще увязли и машину толкали. Ну вот же они.

Речку пересекал добротный бетонный мост.

— И мост был?

— Моста не было. Врать не буду. Дорога была. В лес.

Свернули. Дорога была ненаезженная, что внушало некоторые надежды. Слева показалась поляна, заросшая густой травой.

— Все, встаем. Где-то здесь.

— Уверен?

— Уверен — не уверен. Все равно другого выхода как искать нет.

— Ладно, разбредаемся по секторам. Я: север — северо-восток.