Джулия мысленно задернула занавес за этим периодом своей жизни, гораздо приятнее — и полезнее! — было думать о Эндрю. Талантливый врач и хороший организатор, он подавал большие надежды и показал себя преданным другом. А со временем, когда она будет готова, он, возможно, станет ей и прекрасным мужем. Джулия, правда, не испытывала к нему пылкой страсти, но множество удачных браков основаны на дружбе. Она повертела на пальце кольцо, потом, подумав, сняла его и убрала в нагрудный карман куртки, застегивающийся на «молнию».

— Мы подлетаем, — сказала Синди, пилот. — Роджер, наверное, уже ждет.

— Роджер? — удивленно переспросила Джулия.

Она не ожидала, что пилот не только знает руководителя проекта, но и фамильярно зовет его по имени.

— Ну да, Роджер Хоган. Вы ведь будете работать с ним? В этом захолустье редко что-нибудь происходит, так что его проект станет заметным событием. Не переживайте, если вы с ним еще не знакомы, — продолжала Синди, не давая Джулии вставить ни словечка, — скоро познакомитесь, я уже вижу его пикап. Черт, он поставил его чуть ли не на посадочную полосу! — Синди покосилась на Джулию. — Пристегнитесь, мы садимся.

Земля стремительно приближалась, Джулия инстинктивно поджала ноги, маленький самолетик коснулся земли и покатился по импровизированной взлетно-посадочной полосе подпрыгивая на кочках. Сделав резкий поворот, Синди направила самолет прямо на запыленный пикап, рядом с которым стоял высокий широкоплечий блондин.

— Черт бы его побрал! — пробурчала она. — Когда-нибудь я заставлю этот пережиток средневекового шовинизма отскочить с дороги… а может быть, даже обратить на меня внимание. Но не сегодня.

Как только самолет остановился, Синди повернулась к Джулии, протянула ей руку и деловито заметила:

— Насколько я понимаю, у вас будет с собой рация. Если станет совсем невтерпеж находиться рядом с этим мужланом, свяжитесь со мной, я вас эвакуирую.

Джулия пожала руку Синди и заверила:

— Не волнуйтесь за меня, я с ним справлюсь. Мне уже приходилось иметь с ним дело.

— Наверное, это было давно?

— Да, верно. Когда я с ним общалась, он был довольно милым… — осторожно заметила Джулия, в надежде попытаться проверить, правдивы ли слухи, которые ходят о Роджере.

— Милым? Ха! — фыркнула Синди. — Скажете тоже! Наверное, это было сто лет назад! Люди, знаете ли, меняются, и не всегда к лучшему.

В это время дверь кабины со стороны пилота открылась, и в просвете возник Роджер Хоган собственной персоной. В крохотный салон самолета ворвался нагретый воздух, и сразу стало жарко.

— Женщина за рулем! — насмешливо произнес Роджер низким, чуть хрипловатым голосом.

Голос… как я могла забыть этот голос? — подумала Джулия. Этот обволакивающий баритон, при звуке которого у каждой женщины возникает желание облизнуть губы. У каждой, кроме меня, мысленно уточнила она, собираясь с духом.

— Кто же виноват, что взлетно-посадочная полоса в таком состоянии? Уж конечно не я! — парировала Синди. — И вот что, мистер Женоненавистник, попрошу меня не задерживать, скоро начнет темнеть, а мне еще лететь обратно.

Роджер выпрямился, загородив своей внушительной фигурой весь обзор. Теперь Джулия видела перед собой только широкую грудь, прикрытую некогда синей, но изрядно выгоревшей на солнце рубашкой, и узкие бедра, обтянутые столь же выгоревшими джинсами.

— Кого вы мне привезли?

— Это доктор Джулия Осмонд, прошу любить и жаловать.

Роджеру показалось, что его со всего маху ударили в солнечное сплетение, глаза словно заволокло красным туманом, причем ощущение было настолько реальным, что ему хотелось протереть глаза.