— Спасибо, я запомню это, — сказала Хильда. — Просто мы немного не согласны друг с другом в одном: он хочет, чтобы я выходила замуж чистой и нетронутой. Я же считаю, что мы должны до свадьбы выяснить все, иначе мы можем испортить друг другу жизнь.

Габриэлла долго и пристально смотрела на нее.

— Думаю, что ты права, — наконец сказала она. — Попытайся убедить его в этом! И не сомневайся ни в чем! Я думаю, большинство из Людей Льда получают опыт совместной жизни еще до брачной постели. Во всяком случае, так было у нас с Калебом. И дядя Таральд в первый раз вынужден был жениться поспешно. Но хуже всего было с Брандом: еще будучи несовершеннолетним, он попал в скандальную историю

Эта искренность согрела Хильду.

— Спасибо! Только бы они вернулись обратно! Мне так много нужно сказать ему!

— Маттиас и Калеб вернутся. Куда хуже обстоит дело с Андреасом. Малютка Эли, как ей теперь тяжело!

Они замолчали. Поудобнее усевшись на нагретой солнцем траве, они принялись ждать.

13

Маттиасу удалось выследить в лесу беглецов.

Судья со своими людьми попал в окружение: на равнине они оказались в тисках. Всем троим пришлось сойти с коней, чтобы удерживать Андреаса, и Калеб тут же расквитался за двух потерянных лошадей: пустил вскачь всех троих. Так что им пришлось топать через лес пешком, ведя пленного Андреаса. Они не могли передвигаться быстро, поэтому и попались.

Маттиас все время крался за ними следом, не в силах сделать что-либо для своего друга. Зато потом он смог определить их местонахождение.

И вот их окружили. Они стояли на небольшой поляне, растерянные и готовые на все.

— Один шаг, и мы перережем глотку этому каналье, — крикнул судья. Один из его людей приставил нож к горлу Андреаса. На лицо Андреаса уже были порезы.

— Как ты думаешь выкрутиться из всего этого, судья? — крикнул Таральд, сидя на коне рядом с Калебом и побледневшим Брандом.

Все они были предупреждены о том, чтобы не совершать поспешных и необдуманных поступков. Никто не решался сказать, что пристав обо всем осведомлен, ибо судья из чувства мести тут же расправится с Андреасом.

— Мне нужен свободный выезд в Германию, — крикнул судья. — Если вы гарантируете мне это, то получите своего цыпленка живым.

— Ты много хочешь, — ответил Таральд.

— Свободный выезд для всех троих? — перебил его Маттиас.

Судья молчал.

— Вы, двое норвежцев! — продолжал Маттиас. — Вы не виновны в убийстве четырех женщин и Юля Ночного человека. Вам ничто не угрожает. Но если вы станете на сторону судьи, вы тоже закончите жизнь на виселице — без всякой пощады.

— Попридержи язык! — крикнул судья. — не слушайте его, он врет!

Оба норвежца переглянулись. Один из них опустил нож. Судья тут же бросился к нему и выхватил у него нож. Во время короткой потасовки, последовавшей за этим, Андреасу, со связанными за спиной руками, удалось повалиться на землю и тем самым увернуться от удара. Судья в отчаянии бросился на своего заложника, но тут все навалились на него, словно рой пчел.

Борьба была закончена. Судья был связан, Андреас освобожден.

— Хитростью добьешься чего угодно, — нервозно рассмеялся Маттиас. — Раскол в лагере врага — и ты победил!

— Спасибо, мой мальчик, — дрогнувшим голосом произнес Бранд. — Ты спас моего сына. Я этого никогда не забуду.

— Но, дядя Бранд, уж не думаешь ли ты, что я сделал это в одиночку? Вспомни, как до этого я несколько часов преследовал их, не решаясь приблизиться.