— И что из этого? — недовольно уточнил Домициан.

— То, что его можно использовать в своих интересах. Почему бы тебе и твоему дяде не пригласить его на пир? Посади его рядом со мной, и я шепну ему на ухо пару слов про твоего отца. О том, какие щедрые награды ждут тех, кто его поддержит. После чего ты можешь добавить еще парочку убедительных подробностей.

В темных глазах Домициана вспыхнул азарт.

— Можешь также привести этого своего любимчика-астролога, — задумчиво рассуждала Марцелла. — Думается, лишние деньги ему не помешают. Он мог бы произнести несколько внушающих доверия фраз о том, какая судьба ждут тех, кто верно служит твоему отцу.

— Ты богиня, — восхищенно прошептал Домициан.

— Наверно, ты прав, — с улыбкой согласилась Марцелла.

Корнелия вспоминала первые дни того странного года, когда она встречалась с братом Вителлия, чтобы передать сведения об Отоне. С какой легкостью ей удавалось выскользнуть из дома Гая на улицу, чтобы отправиться на очередное тайное сборище. Я могла бы переспать с половиной Рима, и моя семья ничего бы не узнала, частенько думала она в те дни и презрительно выслушивала жалобы патрицианских матрон, стенавших по поводу того, как трудно им встречаться со своими любовниками.

И вот теперь их жалобы стали ей понятны.

— Мои родные думают, что я вместе с сестрой в театре, — запыхавшись, пояснила Корнеля, когда вошла в шаткую дверь лупанария, чтобы упасть в объятия Друза.

— Отлично, — он прижал ее к стене своей каморки и, отбросив от лица покрывало, принялся жадно целовать в шею. — Сколько у нас времени?

— Примерно час, — прошептала Корнелия в промежутке между поцелуями. — Или два.

Увы, даже двух часов оказалось недостаточно. Домой Корнелия возвращалась едва ли не бегом. От волнения и спешки сердце громко стучало в груди. Она проскользнула в калитку для рабов, в надежде, что никто не заметит, как долго она отсутствовала. Два три часа в каморке у Друза ей всегда было мало.

— Я бы советовал тебе быть осторожнее, — предостерег ее Друз. — В противном случае ты рискуешь потерять не только меня.

— Но ведь ты рискуешь жизнью, — ответила она, поворачивая к нему голову на подушке.

— Я ее уже потерял, — пожал плечами Друз. — Они просто еще не взыскали с меня плату, — он взял в ладони ее лицо, и от его прикосновения Корнелия вздрогнула. — Так что будь осторожна. По крайней мере…

— Что?

Друз покраснел, однако взгляд его карих глаз остался тверд.

— Надеюсь, ты предохраняешься от беременности? — его мозолистые пальцы погладили ей живот. — Хозяйка заведения говорит, патрицианки знают, как это делается…

— В этом нет необходимости, — покачала головой Корнелия. — Я бесплодна.

Как бы ни было больно в этом признаваться, тем не менее признание далось ей без особого труда.

— Как ты понимаешь, это облегчает нам с тобой жизнь. В противном случае я была бы вынуждена просить мою кузину Лоллию, чтобы она достала для меня египетские снадобья, которые она принимает сама. Беда в том, что Лоллия совершенно не умеет держать язык за зубами.

— Да и в остальных вещах тебе также следует быть осторожнее, — произнес Друз и поцеловал Корнелию в кончик носа.