— И что же ты намерена предпринять? — усмехнулась Марцелла. Увы, вместо ответа она увидела, как, подобно конскому хвосту, мелькнула светлая прядь, а сама Диана с решительным видом направилась к следующему торговцу. Однако Марцелла догнала кузину и порывисто взяла ее под руку.

— Вот увидишь, скоро все изменится. — Если Веспасиан низложит Вителлия, то кому какое дело будет до конных забегов? — Я тебе обещаю.

— Хотелось бы надеяться, — довольно резко ответила Диана, и рука об руку они зашагали назад, в дом дяди Париса, где взгляду Марцеллы предстала новая коллекция резных фигур.

— Дядя Парис, скажи, почему мой скульптурный портрет непременно должен иметь на голове вместо прически змей?

Пожилой ваятель окинул ее с головы до ног задумчивым взглядом зеленовато-голубых глаз, точно таких же, что и у его дочерей.

— Это я хотел бы услышать от тебя самой.

— Откуда мне знать, какие мысли обитают в твоей голове, — со смехом ответила Марцелла.

— Интересно, есть ли на свете человек, который бы знал, какие обитают в твоей!

Марцелла вновь расхохоталась и поспешила домой. Ей еще предстояло написать несколько писем и подтолкнуть пару нерешительных мужчин из ближайшего окружения Вителлия к тому, чтобы они задумались о том, кому стоит хранить верность…

Глава 17

— Выведи сегодня «красных» из гонок, — Диана перешла в другой конец небольшой комнатки.

— Я пытался, — ответил глава фракции и отложил в сторону стило. — В такой большой день, как сегодня, нам всем было приказано участвовать в гонках.

— В таком случае, пусть тихо трусят в самом конце! Преврати этот забег в подготовительный.

— Нет, сегодня от нас требуется настоящее зрелище. До самого конца, когда все натянут поводья и «синие» вырвутся вперед.

В его голосе слышалось отвращение.

Диана погрызла ноготь большого пальца.

— Я не могу позволить, чтобы они загубили очередной забег.

— Придется. Нам всем придется, — глава фракции с трудом поднял с места свое грузное тело. — Мир изменился. Он уже не тот, что прежде. Мы делаем то, что нам велят.

— Неужели не найдется ни одного колесничего, который хотел бы рискнуть, чтобы одержать победу? — с жаром спросила Диана.

— После того что случилось с тем юношей, который управлял колесницей «белых»? Сейчас не найти даже того, кто согласился бы догнать остальных после трех кругов.

— Быть того не может, — Диана закрыла глаза. — Быть того просто не может.

— Еще как может. Кстати, меня ждут дела, почтенная матрона.

— Как долго, по-твоему, мы сможем собирать желающих на это представление марионеток, если никто ничего не желает делать? Нам надо…

— Нам? Возможно, вы любимая кукла императора, но к нам вы не имеете никакого отношения.

Обычно глава фракции «красных» относился к Диане довольно приветливо. Сейчас же лицо его было каменным.

— Уходи отсюда, — он резко повернул голову и подбородком указал на дверь. — Тебе здесь не место.

Лишившись дара речи, Диана вышла во внутренний двор, по которому сновали конюхи и их помощники.