— Ответишь, — ничего не выражающим тоном сообщает «соратник» Кеше, на что тот глумливо хмыкает и изображает руками не понятную мне пантомиму либо команду, накрывая большой палец левой руки раскрытой ладонью правой.

— Если такой недоверчивый, пиши рапорт по команде. Пусть дают команду на аудит, или что ты там ещё затеешь. Если нам заниматься нечем. — Кеша, не меняя выражения лица, продолжает гипнотизировать коллегу взглядом. — Или ты тут просто подоколупываться решил? Так я вам не позволю ни замылить ни одного вопроса, ни сорвать ни одной из тем. А если кому-то погоны жмут, так… — далее Кеша переходит на государственный язык, которого тут не понимает никто.

Кроме его собеседника, который с энтузиазмом принимается ему что-то возражать.

Гао возвращается к своему планшету. ЯньАнь, излучая вселенскую скуку, поворачивается ко мне.

Её дальнейшие комментарии сводятся к тому, что такое повторяется каждый раз, и что два «местных горячих парня» настолько радеют за свои зоны ответственности (видимо), что для них двоих пора создавать отдельное совещание. На котором они будут обмениваться мнениями, не отнимая времени у остальных. Да-да, вот так темпераментно, как это происходит сейчас.

К концу её пояснений, «соратник», краем уха прислушивающийся к нашей с ней беседе, обретает подобие конструктивного настроя и выдаёт в сторону Кеши уже по-русски:

— Это же в командировку туда ехать? А как иначе проверишь?

— Ну ты же сам родил концепт. — Делано удивляется Кеша. — И это же ты хочешь выполнить все функции? Пиши рапорт. — Пожимает плечами Кеша, также успокаиваясь и переходя на нормальный тон. — Заработаешь очки. Если выяснишь что-нибудь интересное. — Сарказм в Кешиных словах виден даже мне, далёкому от их рода занятий.

— Я не смогу, — коротко осекается его коллега, зачем-то пристально глядя на Кешу.

— Ну так а какого тогда?.. Или ты хочешь сказать, что это ты мне поручаешь ехать? — пожимает плечами второй раз Кеша, по которому я на самом деле вижу, что он уже абсолютно спокоен и где-то даже не против. То ли самой этой беседы, то ли возможности поездки. — Раз ты такой привилегированный, что даже языка их не выучил? За всё время? Ты ничего не попутал, кто в доме хозяин?..

— У тебя он просто родной, — вскидывается было «соратник», но Кеша всё с тем же выражением лица, под явную усмешку Гао, перебивает:

— Да ты е…. сегодня закроешь или нет, с-с-с-с-с…?

Из всех нас, веселится только Гао.

Справедливости ради, смеётся Гао мысленно, и в и ж у это только я.

ЯньАнь снова недоумённо переводит взгляд с одного спорщика на другого, но по-прежнему не вмешивается.

Сам «коллега», видимо, сболтнул что-то не то сгоряча, но почему-то решает не останавливаться на достигнутом:

— Ещё надо разобраться, насколько личное в этом месте переплетается с государственным! — он обличительно смотрит на Кешу, явно ожидая с предвкушением какой-то ответной реакции.

— Если не уймёшься, глаза на жопу натяну, — неожиданно спокойно предупреждает Кеша.

До «соратника», видимо, что-то такое всё же доходит (пусть и с опозданием), поскольку он чуть краснеет, пульс у него учащается и ему в кровь выплёскивается ещё одна порция норадреналина.

Он что, мазохист, что ли?! Читал я про подобные отклонения. Но как-то слишком дико это всё смотрится тут. Надо будет спросить у Кеши потом, если это не секрет.

— Ещё у меня претензии к качеству работы вашего персонала, — врезается в этом месте ЯньАнь, видимо, женским шестым чувством улавливая необходимость смены фокуса беседы.