Изменить размер шрифта - +
Появилась целая система последипломной подготовки. Санитары должны были следить за последними достижениями в области медицины и каждый год проходить переаттестацию. Здесь, в городе, у нас четырнадцать сертифицированных санитаров, все работают на общественных началах. Это бесплатная служба для жителей Вудфилда. Мы носим пейджеры и обслуживаем город круглосуточно. В идеале нам бы хотелось, чтобы на вызов выезжали три человека. Один за рулем, двое едут с пациентом. Но в основном мы ездим вдвоем, как вчера.

— Почему это бесплатная служба? — спросила Р. Дж. — Почему вы не взимаете плату со страховых компаний за то, что перевозите их клиентов в больницу?

Тоби удивленно уставилась на нее.

— Здесь, в холмах, у нас нет крупных работодателей. Большинство местных работают на себя и едва сводят концы с концами. Дровосеки, плотники, фермеры, разнорабочие. Большая часть населения не имеет медицинской страховки. У меня бы тоже ее не было, если бы муж не служил федеральным егерем. Я немного занимаюсь бухгалтерией и просто не могу себе позволить платить страховые взносы.

Р. Дж. кивнула и вздохнула:

— Полагаю, что касается медицины, здесь все так же, как и в городе.

— Многие надеются, что им удастся избежать болезней и травм. Им страшно, но выбора нет. — Тоби сообщила, что служба «скорой помощи» играет важную роль в жизни города. — Люди рады, что мы есть. Ближайший доктор на восточном направлении — в Гринфилде. На западе есть районный доктор по имени Ньюли. Он живет в тридцати пяти километрах отсюда, возле Далтона на девятом шоссе. — Тоби взглянула на нее и улыбнулась. — Почему бы вам не переехать к нам насовсем и не работать нашим доком?

Р. Дж. улыбнулась.

— Вряд ли, — ответила она.

Однако, вернувшись домой, достала карту района и изучила ее. Она насчитала одиннадцать маленьких городков и поселков, которые, по словам Тоби, не имели постоянного врачебного представительства.

 

В тот день она купила комнатный цветок — африканскую фиалку в пышном синем цвету — и привезла ее Фреде в больницу. Фреда все еще восстанавливалась после операции и много не разговаривала, но Хэнк был рад приезду Р. Дж.

— Я хотел тебя спросить… Что я тебе должен за вчерашний вечер?

Р. Дж. покачала головой.

— Я была у вас больше как соседка, чем как доктор, — сказала она. Фреда посмотрела на нее и улыбнулась.

Р. Дж. медленно поехала в Вудфилд, наслаждаясь видом ферм и поросших лесом холмов.

 

Когда солнце начало клониться к западу, у нее зазвонил телефон.

— Доктор Коул? Это Дэвид Маркус. Дочь говорит, что вы приезжали вчера. Извините, меня не было дома.

— Да, мистер Маркус. Я хотела поговорить с вами по поводу продажи моего дома и земли.

— Мы можем это обсудить. В какое время я могу к вам подъехать?

— Ну, дело в том, что… Я все еще хочу продать дом, но уже не так уверена в этом. Мне нужно подумать.

— Тогда не спешите. Обдумайте все.

У него был приятный, мягкий голос.

— Но я хочу поговорить с вами о другом деле.

— Понимаю, — ответил он, хотя на самом деле ничего не понял.

— Кстати, вы делаете отличный мед.

Она поняла, что он улыбнулся.

— Спасибо. Я передам пчелам. Они любят, когда их хвалят, и бесятся, если всю славу я забираю себе.

 

Утром в понедельник солнце скрылось за тучами, но у нее была ответственность, от которой нельзя уклониться. Она вернулась в лес, слегка оцарапав шею и ладони. Направилась вниз по течению реки, стараясь держаться поближе к берегам, в некоторых местах густо поросших шиповником, малиной и прочими кустарниками.

Быстрый переход