— Ты… ты не лжешь мне, — глядя в его глаза, мягко говорю я. — Ты действительно планируешь защищать меня.

Бреннус смотрит на Дэклана и говорит:

— Ребята, пойдите и скажите Финну, что я хочу встретится и поговорить, сразу после того, как поговорю с Женевьевой. — Дэклан склоняет голову в знак почтения и покидает офис — чтобы поскорее избавиться от запаха Казимира. — Я буду защищать тебя. Здесь, ты в безопасности. Ты знаешь какие у Падшего на тебя планы? — серьезно спрашивает меня он. Я качаю головой. — Очень важно, чтобы мы узнали, что он в действительности от тебя хочет. Если это только из-за твоей души, это можно изменить, сложилось впечатление, что ему нужно больше чем это.

— Почему ты думаешь, что им нужно что-то еще, кроме моей души? — спрашиваю я.

— Разве ты не видела, что делала с этим Серафимом? Ты вошла в комнату, а у нас был Казимир. Твои крылья трепетали, и он ответил тебе.

— Прости… Я не знала, что ты скажешь об этом, — говорю я.

Я вижу, как Бреннус широко улыбается.

— Ты даже не понимаешь, что ты делаешь? — спрашивает он.

— Делаю что? — качаю я головой.

— Когда ты вошла, твои крылья задали ему вопрос, и его крылья ответили тебе, — говорит он.

— И о чем же спрашивают мои крылья? — затаив дыхание спрашиваю я.

— Они спрашивают: «Вы хотите меня?» — говорит он, наблюдая за моим румянцем.

— Позже, я немного поболтаю со своими крыльями, — бормочу я. — А что сказали крылья Казимира?

— Его крылья сказали: «я убью любого, кто попробует удержать меня от тебя», — отвечает Бреннус. — Ты его действительно взбесила. Серафимы никогда не показывают своих эмоций, это не в их натуре. Обычно они кажутся более мертвыми — и ты не можешь считывать их.

— Они могут совершить что-нибудь хорошее? — спрашиваю я, подумав о Риде и о том, насколько он хорош в этом.

— Можно сказать, они написали книгу, — отвечает он. — Ты раз или два вызвала его рык. Я никогда не думал, что такое возможно. Я видел, как с таким же пустым выражением лица, как у Казимира, Серафим убивал своих врагов, но он не смог удержаться в твоем присутствии. Ты заставила его быть эмоциональным. Привести тебя сюда, было лучшим решением, потому что он показал мне, насколько он в тебе нуждается.

— Думаешь, он вернется? — спрашиваю я, опасаясь его ответа.

— Я уверен, что он это сделает и приведет сюда свою армию, — небрежно отвечает он.

— Почему бы тогда тебе просто не отдать меня ему? Ты можешь избежать всего этого, да еще и получить все, что захочешь, — говорю я, ощущая холод только от одной мысли, что могу быть передана Казимиру.

Дэклан был прав, дьявол, которого ты знаешь, намного лучше того, которого ты не знаешь. Ифрит Валентин, доказал мне это.

— Он не получит тебя. Ты moin. Я не слабак. И я действительно имею ввиду то, что говорю, — отвечает он. — У Воинов свои привилегии. Ты моя королева. Ты тоже очень сильная. Ты должна делать все так, как я тебе скажу, если только я не скажу тебе не делать этого, — с улыбкой говорит он мне.

Недолго думая, я обнимаю его за шею, и крепче прижимаюсь к его груди. Положив голову на его грудь, я шепчу:

— Спасибо что защитил меня от Казимира. Я хочу научиться всему, чему ты можешь научить меня — магии, бою, владению оружием, стратегии.