Я неловко киваю, чувствуя облегчение от того, что худший сценарий, который долгое время рисовала в своей голове, оказался только сценарием.

— Он Божественен, — шепчу я. — Ты знаешь, что он из себя представляет? — спрашиваю я, надеясь, хоть немного узнать, кто он — маленький кусочек информации, который я могу хранить как тайное сокровище.

— Конечно, он Серафим, — улыбаясь, говорит Бреннус. — Некоторые его подвиги хорошо известны. Он элита. Тау командир.

— Он храбрый? — спрашиваю я.

— Позволь мне сказать тебе кое-что. Когда между адом и раем происходят переговоры, Тау идет в Ад и разговаривает с ними. Совершенно один, — говорит Бреннус.

Когда я представляю, какое мужество требуется для того, чтобы в одиночку идти в ад и разговаривать с врагом, каждый волосок на моем теле встает дыбом.

— Теперь мы знаем, откуда ты получила все свое мужество, — говорит Бреннус.

Я ощетиниваюсь.

— Да, моя мама и мой дядя Джим, — возражаю я, не понимая, откуда во мне такой сильный гнев.

— Я знаю, что сейчас, это не очень похоже на подарок, но это то, чего ты желаешь. Эта потребность заложена в твоей крови, — мягко говорит Бреннус. — Ты не можешь скрывать это.

Я засыпаю Бреннуса вопросами о том, что ему известно о Тау. Все что он может рассказать — это о нескольких битвах против Падших, в которых участвовал Тау. Он не может рассказать мне о том, почему он решил сойтись с моей мамой и завести ребенка, или почему он не остался и не помог в моем воспитании. Он не может рассказать мне, почему я осталась в полной тьме и почему я наполовину ангел.

— Что мне теперь делать, Бреннус? — спрашиваю я, чувствуя растерянность и отчаяние. — Я не знаю, чего они от меня хотят. Ты знаешь, что им от меня нужно?

— Не имеет значение, что они от тебя хотят, — отвечает он, садясь рядом со мной. Он притягивает меня к себе, позволяя мне положить голову на его грудь в то время, как он гладит меня по спине. — Имеет значение только то, что ты сама позволяешь им. Мы — твоя защита. Ты королева.

Его слова снова затрагивают мое темное местечко — заставляя его чувствовать себя менее безболезненным.

— Бреннус, бывают такие времена, когда мне кажется, что ты говоришь именно то, что я хочу услышать, — шепчу ему в шею я.

Он крепче прижимает меня к себе, и в этот момент я чувствую себя в безопасности.

— Не знаю, как я жил без тебя так долго, mo chroí, - отвечает Бреннус.

— Спасибо за подарок, Бреннус, — шепчу я, чувствуя себя ребенком, потому что я никогда ни давала ему ничего взамен.

Знаю, я должна быть здесь заложницей, его заключенной, но сейчас я так во всем запуталась. Он соблазн во плоти. Он продолжает находить все, чего я желаю, и отдает это мне. Это мощный наркотик. Пока он меня не знал, ему было легче сопротивляться, но сейчас он делает это намного сложнее. Я должна что-то сделать, чтобы снова вернуть себе эту силу, потому что сейчас он забирает ее у меня.

— Бреннус, у меня есть для тебя подарок, — отстраняясь от него, говорю я.

— Да? — выглядя удивленным, спрашивает он.

— Да. Подожди здесь, а я возьму его, — говорю я, вставая с дивана.

Иду в свою ванную. Беру флакон с моей кровью и иду обратно в гостиную.

— Что это? — спрашивает Бреннус, пока я протягиваю ему флакон и жду, пока он возьмет его у меня.

— Мой страховой полис, — отвечаю я, в то время как он протягивает руку и берет у меня бутылочку.