— Мне восемнадцать, — отвечаю я, и все они снова смеются.

— Конечно же, — качая головой, отвечает Бреннус. — Шесть месяцев в год? — спрашивает он, как будто он это обдумывает, а потом его губы расползается в медленной улыбке. — Звучит интересно. Но я ревнивый. Я хочу знать, что ты будешь мне предана не только когда мы вместе.

— Как ты об этом узнаешь? — спрашиваю его я.

— У тебя есть обещание, поэтому ты мне сама будешь все рассказывать, — говорит он.

Я знаю, что даже не произнося имени, он имеет ввиду Рида. Мое сердце плачет. Могу ли я это сделать? Раньше я никогда так надолго с Ридом не расставалась. Самое большое я продержалась — чуть больше трех месяцев.

Так как я не сразу ему отвечаю, он спрашивает:

— Фаолан, ты ведь не против ангелов, не так ли? Как на счет красивой маленькой блондиночки?

— НЕТ! — глядя на Бреннуса, кричу я, а потом смотрю как Феалон приближается к Брауни. — Хорошо, — соглашаюсь я.

— Забавно, сладкая, — ухмыляясь мне, говорит он. — Чего же я еще хочу? — потирая подбородок, спрашивает он. Он застывает, его лицо становится смертельно серьезным, и он хмуриться. — А, знаю, я хочу, чтобы ты связала свою жизнь с моей, — хмуро глядя на меня, говорит он.

— Что? — ощущая головокружение, говорю я. Я уже привязана к Риду; я не могу быть связана и с Бреннусом. — Я не могу, я…

— Нет, ты права, по одному за раз, но все же, мы с тобой можем быть связаны, — говорит он.

— Как связаны? — спрашиваю я, не желая давать ему объяснения.

— Наши с тобой жизни переплетутся. Если ранят одного, другой тоже истекает кровью, — просвещает меня он.

Я сутулю плечи и скрещиваю на груди руки.

— Ты можешь это сделать? — вяло спрашиваю его я.

— Могу, — говорит он.

— Твой ангел не сможет меня убить, иначе он и тебя убьет. Я дам ему шанс. У него будет возможность убить меня, когда ты будешь с ним, но он будет вечность охотится за мной, и на тебя у него не будет времени. Для тебя это будет слишком скучным, не так ли? — спрашивает он меня.

— Бреннус, я не могу этого сделать, — умоляюще говорю я.

— Да, да, упрямица, предпочитаешь быть сломанной? — словно сам себе бормочет он. Затем он пожимает плечами. — А это звучит забавно. Ладно, пошли парни, а ангелы остаются здесь — с Ифритом.

В то время как мои колени начинают подкашиваться, Финн встает на мою сторону. Он ловит меня, удерживает, и говорит мрачным тоном:

— Женевьева, хоть секундочку подумай об этом. Он разрешит убить свою вторую половинку, а затем и твоих друзей, а потом мы заберем тебя отсюда и обратим. То, что ему действительно нужно — это твое согласие. Видишь? Бреннус может прямо сейчас убить Рассела, но после этого ты возненавидишь его еще больше. Будь разумной, или твои друзья умрут, а ты все равно будешь нашим шансом на будущее.

— Почему он этого не делает? — в изумлении спрашиваю я.

— Он хочет завоевать твою любовь, также, как Аид завоевал любовь Персефоны. Он заставил ее любить его; даже когда она не хотела его любить. Дай ему шанс, ты можешь сделать намного хуже, если согласишься на его альтернативную сделку, — с мрачной иронией говорит Финн.

Когда я вижу, что альтернативная сделка, это подвергнуть Рассела и Брауни пыткам Валентина и его широким познаниям боли, я слабо отвечаю:

— Бреннус, я согласна на твои условия.