– Почка могла быть удалена по многим причинам, мисс Чейни. Человеческий организм вполне может обойтись и одной.

– А вы не думаете, что кому-то могла понадобиться почка именно этого несчастного юноши?

– Я думаю, что именно такого рода скандалы, раздуваемые желтой прессой вокруг пересадки органов, и являются причиной острой нехватки доноров, а несчастные, страдающие той же болезнью, что и моя жена, умирают, не дождавшись помощи.

– Но разве нет людей, которые были бы готовы заплатить...

Внезапно экран замерцал, и Генри Фицрой, появления которого Селуччи совершенно не заметил, положил пульт на столик. К своему немалому раздражению, Майк понял, что тот уже некоторое время находился в комнате.

– Вы нарочно это сделали? – сердито проворчал он.

– Вовсе нет. – Тон Генри говорил сам за себя – именно на такой эффект он и рассчитывал. – А где Вики?

Селуччи проигнорировал предостерегающие знаки, которые из-за плеча Фицроя подавал ему Тони.

– Отправилась на охоту.

– На охоту... – повторил вампир спокойно. Слова его тем не менее скрывали за собой глубокий смысл.

– Когда вы приглашали ее сюда приехать, наверняка знали, что это рано или поздно произойдет.

– Да. – Генри подошел к окну и взглянул на огни ночного Грэнвилл-айленд. Ему стоило немалых сил не расколотить стекло вдребезги. – Я знал, что так оно и будет.

– Но ведь это не значит, что это должно вам нравиться.

– Не стоит разговаривать со мной столь менторским тоном, детектив!

– Менторским? Да вы в своем...

Тони, благоразумно улизнувший на кухню, содрогнулся. Наверное, подумал он, то, что детектив прослужил столько лет в убойном отделе полиции и до сих пор пребывает на этом свете, выработало в нем уверенность в собственной неуязвимости. Или же таковая изначально необходима при их работе. Так или иначе, но сейчас юноше было очевидно, что сержант Майк Селуччи получает массу удовольствия от флирта со смертью.

– Я сказал ей, что вы спровоцировали драку. – Несмотря на кажущееся спокойствие, Майк напряженно наблюдал за Фицроем. Сквозь тонкую шелковую рубашку рельефно выступали бугры мышц. Селуччи прекрасно знал, что, если вампир не совладает с собой и дело дойдет до схватки, ему не выжить. Даже если драться его противник будет, что называется, одной левой.

– Не стоит приносить себя в жертву, детектив, даже если вам хочется переключить мое внимание с Вики на себя. Если мы хотим упокоить этого призрака, нам придется работать вместе, другого выхода просто нет. Так что, похоже, мне придется смириться с мыслью, что территориальные границы вампиров в качестве исключения могут быть нарушены.

– Как великодушно с вашей стороны!

– Черт подери, Вики! – Майка буквально катапультировало с его стула, так стремительно, что он не удержал равновесия и бухнулся на колени, больно стукнувшись о гладко отполированный паркет. – Тебе что, совершенно необходимо подкрадываться так вот к людям, да? – Он с трудом поднялся на ноги. – Сначала он, затем ты, вам, видимо, это доставляет удовольствие?

Женщина стояла, опершись рукой о спинку того самого стула, с которого только что как ветром сдуло Селуччи. С трудом заставив себя оторвать взгляд от Фицроя, она слегка принужденно улыбнулась другу.

– Может, тебе следовало бы пить поменьше кофе?

– А может быть, вам, вампирам, стоило бы предупреждать нормальных людей о своем приближении ну хотя бы, к примеру, свистом, а? – проворчал Майк.

Вам, вампирам.

Ей и Генри.

Она больше не могла игнорировать то, насколько тесно они связаны друг с другом.