А глубокой ночью дракон-предатель покинул свой дом, и на этом история подошла к концу. Несколько веков минули, по субъективным ощущениям, за считанные часы, но я понял всё и даже больше. Создатели этого отпечатка вложили в них душу, проработав даже самые мелкие, кажущиеся совершенно незначительными детали. И пусть увиденное не повергло меня в тот шок, на который намекал Марек, но для дракона подобное действительно могло стать потрясением.

Потрясением — и хорошим уроком на будущее, заключающимся в том, что им не стоит идти против предназначения. Но, по крайней мере, мне теперь полностью понятна мотивация предка-предателя. Он не смог изменить сородичей — и решил стереть драконов с лица земли, заменив их куда более совершенными в плане ограничений демонами — его потомками. Ведь они оказались не только сильнее, но и не испытывали никаких неудобств вида эфемерного предназначения, из-за которого драконы на протяжении многих тысячелетий не развивались и поддерживали свою численность в строгих рамках.

Менялись эпохи, а хранители оставались всё теми же. Даже без вмешательства предателя, я уверен, их рано или поздно настиг бы крах.

— Насколько это видение правдиво?

— Абсолютно. Если драконы о чём-то доподлинно не знали, то просто опускали этот момент — ты должен был заметить, насколько много в этой истории пустых пятен.

— А финал? Разве там были зрители?

— Служанка, что успела спрятаться в соседней комнате незадолго до того, как предок перебил собственную семью. Он не заметил её лишь потому, что сначала был поглощён гневом, а после — отчаянием и апатией.

— Вот это уже догадки. — Сказал — и, между тем, кивнул я. Хоть слова Марека лишь предположение, но вряд ли далёкое от правды. — Ты показал мне это потому, что со мной происходит что-то похожее?

— Во много раз слабее, ибо ты — не он, но… — Демон вздохнул. — Да. С тобой происходит то же самое, и способ побороть это проклятье я тебе дать не могу. Не потому, что не хочу, а потому, что он мне неизвестен — мой род уже был лишён этого недостатка, с которым боролся прародитель.

— Теперь я хотя бы знаю, что это не паранойя. Спасибо, Марек.

— Я же говорил — ты не враг нам, Золан. Если надумаешь пожертвовать собой ради восстановления канала…

— Как только — так сразу. — Ухмыльнулся я, отчётливо ощущая, как приближаюсь к своему пределу пребывания в пространстве души. — Если от меня что-то понадобится — я готов.

— Увы, но в таком состоянии тебе самому нужна помощь. — Качнул головой Марек, посмотрев на меня с каким-то сожалением. — Я буду ждать результатов твоей борьбы с проклятьем.

Напоследок махнув рукой, я рывком вернулся в реальность, отметив, что солнце уверенно клонилось к горизонту, а на моих коленях кто-то лежал. Долго гадать не пришлось — сначала я нащупал особенно крепкую эмоциональную связь, а потом опустил глаза на дремлющую Гессу. Хоть согревающее заклинание догадалась поставить — и то хорошо.

Вот только сейчас, глядя на неё, я не мог не признать — я не дракон. Всего лишь демон, в венах которого струится жалкая пара капель существа, обладающего воистину колоссальной мощью. Он поборол многократно более сильное проклятье, но и сам был сильнее. Что, если мне сопротивляться будет не легче, а то и сложнее?

Я не хотел становиться угрозой для Гессы, Астры и всех остальных. Но и уходить в затворничество не хотел тоже. Да и не мог, так как моя сила могла в любой момент потребоваться для защиты города.