Неуверенность в глазах Авилы слегка рассеялась.

— Давай посмотрим, какие приглашения мы вместе с тобой сможем принять за следующие несколько дней, моя дорогая. — Дириндал потрепала Авилу по колену. — В моем возрасте я знаю всех. Никто ничего не заподозрит, если я покажу тебе галерею какого-нибудь Дома, чтобы объяснить связи между Именами за поколения, которые ты пропустила. — Вдова подняла указательный палец. — Давай найдем Чаннис. Она выманит приглашения даже у тех, кто не устраивает праздничного приема.

Дириндал встала, слегка отдуваясь, и юноша торопливо предложил ей руку. Она отмахнулась от него с улыбкой.

— Не нужно, мой дорогой.

Постукивая высокими каблучками под шелест платья, она пошла в зал.

— Кто такая леди Чаннис? — прошипел Темар, держа Авилу за локоть. — Камарл упоминал о ней, но я никак не пойму ее положение.

— Она— любовница сьера, — Румянец выступил на острых скулах Авилы. — Но это не то, что было в наше время. Она — вдова Ден Венета и обладает всеми правами своего ранга. Они со сьером не женятся по причинам наследства, но уже несколько лет остаются признанными любовниками. Чаннис имеет личные покои в резиденции Д'Олбриота и выступает в роли хозяйки на его приемах. Не сваляй дурака, когда тебя представят ей.

— Это ли не скандал, от которого прах умерших гремит в их урнах? — изумился Темар. — А ты видела тот портрет госпожи Тор Канселин?

— И несколько других, точно так же шокирующих. — Авила устремила на Темара стальной взгляд. — Мы должны принимать этот мир таким, каков он есть, мой мальчик, со всеми его новыми порядками. Отказываясь признавать правду, которая тебя уязвляет, ты только сам себе мешаешь.

Стряхнув его руку, Авила ушла. Темар с растущей досадой смотрел ей вслед. Он уже хотел догнать барышню, чтобы поставить точку в их разговоре, когда увидел вдову Тор Безимар с оригиналом того скандального портрета — статной женщиной, чье радужное кружево было приколото к плечам. Золотистый шелк платья едва прикрывал молочные выпуклости грудей, но под массивным ожерельем из опалов было мало что видно. Ее темные волосы, уложенные в высокую прическу, были заколоты гребнями с драгоценными камнями, а на искусно накрашенном лице резко выделялись кроваво-красные губы. Дириндал представляла ей Авилу. Рядом с этим богатством и красотой барышня действительно выглядит бедной родственницей, подумал Темар с некоторым удовлетворением. Но оно оказалось недолговечным. Если Авила вплелась в паутину сплетен и взаимной поддержки, общую для женщин всех возрастов, то именно она вернется в Кель Ар'Айен с триумфом. Чем тогда Темар поразит Гуиналь?

Музыка закончилась веселой трелью, и со всех сторон вновь слышался приглушенный разговор. Барышни, собравшись в группки, захихикали, косясь на Темара, и, обнаружив это, Д'Алсеннен вызывающе поднял подбородок.

Одна барышня, более смелая, чем ее подружки, подошла ближе и, поймав взгляд юноши, присела в низком реверансе, шелестя вишневым платьем по циновкам.

— Музыканты прекрасно играют, вы не согласны, эсквайр?

— О да, очень хорошо, — улыбнулся он с надеждой.

— Вы предпочитаете традиционный стиль или более рациональных композиторов? — простодушно спросила девушка, но в ее глазах за веером из фривольных красно-лиловых перьев таилось лукавство.

— Я ничего не знаю ни о том, ни о другом стиле, барышня, поэтому не могу судить. — Какую бы игру она ни затевала, Темар не собирался в нее играть.

Казалось, девушка разочарована, но она с нарочитой беззаботностью тряхнула головой.

— Не важно. — Так и не ответив на поклон Темара, она вернулась к своим подругам.