— И когда тут кто-то последний раз был? — ехидно поинтересовался Лин. — Зоя, давайте только вы не будете привирать, дорогая. Говорите честно.

Зоя удрученно вздохнула — поняла, что вывернуться не удастся.

— Дочь бывших хозяев сказала, что шесть лет никого не было, — призналась она. — Родители у неё раньше здесь жили, прошлой осенью только мать умерла, отец ещё раньше. А она, дочь, не ездила, не любила это место. Вот, продать решила. Я бы убралась, вы бы и не поняли ничего…

— Ну да, конечно, не поняли бы, — хмыкнула Эри. — Мы, может, и городские, но кое-что понимаем, уж не сомневайтесь. Тут за шесть лет прогнило, небось, всё к чёрту!

— Значит, не будете брать? — грустно спросил Зоя.

— Ну почему, не будем, — Пятый задумался. — Может, и будем. Вопрос — за сколько? Вы сказали про пять тысяч, но тут явно не пять тысяч.

— А за сколько тогда? — оживилась Зоя.

— Три, — ответил Пятый решительно.

— Подожди ты, три, — нахмурился Лин. — Давай сперва посмотрим вообще, чего тут и как. Может, и не будем. А если там крыша провалилась, или полы прогнили? Соображаешь?

Пошли осматривать дом — к радости Зои и полы, и крыша оказались целехоньки, ничего вроде бы не прогнило и не отвалилось. Зоя приободрилась, а Эри обрадовалась, хотя пока что решила не подавать вида. Дом ей понравился, но она сама пока не могла понять, чем именно. Что в нём такое было… хорошее, что ли? Одно она понимала сейчас четко: уходить из этого дома ей не хочется, хотя никаких причин для этого у неё нет, и быть не может.

Теплая часть дома делилась на две спальных комнаты и небольшую узкую кухню; в одной из комнат стояла чугунная печка, а в верху, под потолком в этой комнате, имелась отдушина — Зоя пояснила, что во время топки её положено открывать, чтобы теплый воздух побыстрее прогревал вторую комнату. Кухня, не смотря на свои скромные размеры, оказалась снабжена двумя плитками, электрической и газовой, и четырьмя вместительными шкафами, двумя настенными, и двумя напольными, под завязку набитыми старой посудой. Холодная терраса, напротив, была большая, на вид больше двадцати квадратов площадью, и выходила окнами на юго-запад — летом, наверное, тут очень приятно сидеть вечерами, особенно если распахнуть все окна… впрочем, мечты мечтами, а сейчас, в середине марта, распахивать окна было бы той еще глупостью.

— Пойдемте, посмотрим пристройку? — предложила Зоя.

Пристройка удивила, и сильно. На первом этаже находилась ванная комната, причем внушительных размеров, имевшая два окна, а так же в углу имелась лестница для подъема на второй этаж. Туда поднялась сперва Зоя, а затем Лин и Эри.

— Спаленка, — пояснила Зоя. — У меня в плане написано, что она холодная, и что гостевая. Видать, дети тут хозяйские по теплу спали, пока маленькие были.

Эри подумала, что ей в детстве такая комната тоже понравилась бы — и родители неподалеку, и ты вроде бы и один, а ещё есть окна в сад, причем довольно высоко, и можно наблюдать и за звездами, и за птицами, и… за соседями, впрочем, эта мысль её почему-то изрядно насмешила. Какие глупости приходят в голову, подумала она, зачем наблюдать за соседями?

— …и мебель во всем доме есть, — донесся до задумавшейся Эри голос Зои. — Ну да, не новая, но крепкая вполне, её помыть, подбить, цены ей не будет.

— Дрова, — сообщил Лин. — На дрова только такую мебель. И купить сейчас негде. Так что согласен с братом. Никаких три с половиной. Три. И точка.

— Ну давайте хоть три четыреста, — принялась канючить Зоя.