- Вики, ты так нужна мне, - простонал он, коснувшись пальцами алых губ между её бедер.

Вики вздрогнула и протяжно застонала, откинув голову назад. Она была такой горячей. И была уже готова принять его. Надавив на воспаленный бугорок, Себастьян коснулся влажными губами её шеи, и снова услышал её глухой стон. И это стало последней каплей.

- Пожалуйста, - прошептала она, взглянув на него.

Себастьян приподнялся, убрал руку и лег на неё, раздвигая дрожащие бедра. А потом плавно вошёл в неё.

- О, Боже, - выдохнул он, ощущая неизъяснимое блаженство, будто вернулся домой. Она выгнула спину, и он ещё глубже проник в неё. - Виктория!

И в этот момент она улыбнулась ему. С такой любовью и нежностью, что у него перехватило дыхание. Она погладила его по щеке и, потянувшись к нему, поцеловала его в губы. И только тогда он смог поверить в то, что всё хорошо, что страшное позади. Что она в его объятиях, цела и невредима. И что всегда будет рядом с ним. А своей улыбкой всегда прогонит наступление любых чёрных туч. Боже, он любил её так сильно, что разрывалось сердце!

Обняв её, Себастьян стал медленно двигаться в ней, позабыв обо всём на свете. Её тихие стоны кружили ему голову. Прикосновения обжигали и затягивали в омут блаженства. Губы её стали покрывать поцелуями его напряженные плечи и шею. Она даже ухитрилась поцеловать шрам над его сердцем, когда он чуть приподнялся на локтях. Себастьян застонал и навис над ней. Никогда бы он не подумал, что можно любить так беспредельно. Никогда не ведал о том, что любовь может с каждым днём расти всё больше и больше, наполняясь невероятной, необузданной, неконтролируемой силой. Становясь сосем другой, более глубокой и прочной. Несокрушимой и всемогущей.

Он убыстрил давление и входил в ней до тех пор, пока Вики не содрогнулась от мучительных спазмов. Следом за ней вздрогнул он, и упал на неё, закрыв её тело собой. Её сердечко ударялось о его ребра и билось, словно в его груди. Он еле мог дышать, омытый её любовью, её запахом и её огнем.

Немного придя в себя, он приподнял голову и посмотрел на неё. Она по-прежнему улыбалась ему, разбивая тем самым его покорённое сердце. Даже после всех испытаний она была способна улыбаться только для того, чтобы дарить ему свой свет и своё тепло. Себастьян погладил её по влажной щеке и убрал за ухом золотистую прядь волос.

- Помнишь тот день, когда вы только переехали в Клифтон? - спросил он, следя за ней. Её улыбка вдруг сбежала с лица. Она задумчиво посмотрела на него и медленно кивнула, и тогда он продолжил: - Я пришёл на пляж, чтобы немного почитать в тишине, но что-то меня беспокоило. Что-то с самого утра тревожило меня, не давая покоя. Я слышал, что в Клифтон-холл, наконец, переезжает его владелец со своей семьей, но это событие не должно было меня волновать. В этом ведь не было ничего особенного. Однако я не мог найти себе места. И это стало пугать меня. Я не знал, что со мной происходит. Я бродил по пляжу, шёл, шёл до тех пор, пока не обнаружил, что мои ноги привели меня в Клифтон. К твоему порогу. - Глаза Тори медленно расширились. Она открыла рот, намереваясь что-то сказать, но не смогла произнести ни звука. - Я собрался постучать в дверь, но кто-то опередил меня. Будто этот кто-то знал, что за дверью стою я. - Он провел пальцем по её губам, а потом быстро поцеловал её, но она даже не пошевелилась, с замиранием сердца ожидая продолжения. - Когда дверь открылась, я подумал, что ошибся и пришёл не туда. Потому что передо мной стоял маленький ангел неземной красоты с завязанными в две косички золотистыми волосами, в желтом платьице с рюшками и соломенной шляпкой с серыми лентами. Такие ангелы могли жить где угодно, но только не на земле.

Затаив дыхание, Тори слушала его, не представляя, что он помнит даже такие подробности прошлого. Их прошлого. И всё, что смогла произнести она, было глухое:

- О!

Она даже не заметила, что плачет, пока он большим пальцем не вытер скатившуюся слезинку, и снова заглянул ей в глаза.