– О! Великие мечты великого человека! Как долго, по-твоему, может тянуться эта фантазия? Лето закончилось, с ним закончился и наш роман, – напомнила ему Анна.

– Но между первым и последним свиданием было море удовольствия, если ты еще не забыла об этом.

– Я все помню, Таннер, – проговорила она.

– После ужина сходим в дансинг? – спросил ее Таннер.

– Ты, я смотрю, настроен сегодня веселиться.

– Только если милая дама соблаговолит составить мне партию.

– Соблаговолит, – откликнулась Анна.

За ужином они болтали без умолку, шутили, хохотали, поддевали друг друга. А после отправились в ночной клуб, где пробыли хоть и не долго, но к обоюдному удовольствию.

Выходя на улицу в обнимку с Анной, Таннер сообщил:

– Завтра утром у меня ранняя встреча. Я отвезу тебя домой.

– Вечер был замечательный, – благодарно проговорила она.

– Я надеялся встряхнуть тебя. Уж слишком ты приуныла в последнее время. Да и я соскучился по нашим вечерам… – Таннер остановил машину возле ее дома. – Я не буду подниматься, только провожу тебя до подъезда.

Анна понимающе кивнула, и непослушные пряди упали ей на лицо. Таннер провел рукой по ее голове, задержал ладонь на затылке и заглянул Анне в глаза. В них он увидел ожидание.

Поцелуй обжег ее губы.

Они оказались в пустынном холле. До лифта была всего пара шагов, отнявших несколько долгих минут, в течение которых длился их бесконечный поцелуй. Двери лифта открылись, дружелюбно тенькнув, и Анна вошла в кабинку.

Таннер не дал створкам сомкнуться.

– Спокойной ночи, Анна, – прошептал он, насилу оторвавшись от нее.

Утро понедельника походило на безумство, как если бы весь офис вместе с людьми, стенами и оборудованием охватила лихорадка. Стол Анны был завален неразобранной корреспонденцией, электронный почтовый адрес постоянно сигнализировал о доставке, телефон дребезжал не смолкая. Анна чувствовала себя востребованной, практически незаменимой, тем более что профессионализм и компетентность ее не подводили. И энергии прибавилось.

На телефонном аппарате зажглась кнопка внутреннего соединения. Она подняла трубку.

– Анна Ларкин? – прозвучал незнакомый голос.

– Да, – подтвердила она.

– Это Филипп Макинтайр. Есть несколько моментов, которые я должен с вами обсудить.

– Я вас слушаю, – проговорила Анна, даже не догадываясь, о чем может зайти речь в следующее мгновение.

– Простите, мне кажется, вы не в курсе… Таннер Форсайт ничего вам не сказал?

– По поводу? – спросила Анна.

– Томас Велтнер подал в отставку. Теперь вы подчиняетесь мне.

– Не уверена, что правильно вас понимаю, мистер Макинтайр. Мистер Форсайт сказал, что Томас пробудет на своем посту, по меньшей мере, до середины следующего года. Я цитирую его слова.

– Мистер Форсайт нанял меня. Сегодня мой первый рабочий день на посту директора европейского представительства «Дрисдейл электроникс», – выпалил Филипп Макинтайр. – До переезда в Брюссель я делю кабинет с мистером Хэйзлтоном. Вы не могли бы сейчас ко мне подняться?

– Да, конечно, – тоном скрытой угрозы проговорила Анна, обойденная на финишном повороте возмутительным самозванцем.

Она пребывала в бешенстве. И лишь сознание того, что любой выпад против нового сотрудника ей только повредит, позволило женщине взять себя в руки.