— Но где же ваше мясо, Роджер? — недоуменно спросил мистер Чаффли, с упреком взглянув на Памелу. — Вы же не ели второе. Совсем ничего! Я определенно слышал, что вы…

У Памелы все оборвалось внутри. Она забыла про ростбиф для мистера Карсона. В спешке совсем забыла о нем. Девушка посмотрела на старшего офицера и в стеклах его очков прочитала свое тусклое будущее на земле.

— Вы определенно слышали, — прервал его Роджер Карсон, — что я заказывал бисквит. Я не могу много есть на ленч. — И он с серьезным видом набросился на крошечную порцию бисквита.

На этот раз и Памела и мистер Чаффли ничего не поняли. Оба рылись в памяти, и им, казалось, удалось вспомнить, как этот самый Роджер Карсон на ленч поглощал огромные порции еды. Мистер Чаффли вспомнил даже случай, когда он ставил отметку… но это не важно. Он вежливо наклонился к Роджеру, слушая его интересную теорию о бесполезной трате времени на то, чтобы хорошенько поесть в середине рабочего дня.

— Ну тогда еще бисквит? — заботливо предложил мистер Чаффли, заметив, что глаза Роджера остановились на джентльмене напротив, только что приступившем к своему ростбифу, и в них появился голодный блеск.

— Нет, спасибо, — с жаром сказал Роджер. — Мне достаточно. Просто великолепно! Теперь я могу идти и хорошо поработать. — По привычке он подтянул брючный ремень, хотя его и не надо было до этого расслаблять. Еще раз он с завистью осмотрел тарелки опоздавших и быстро вышел.

Когда Памела убрала столы, ее позвал мистер Чаффли.

— Подойдите сюда, мисс Хагис, — сказал он с мягкой улыбкой. — Вы все прекрасно сделали. На самом деле очень хорошо. Запомните: не надо торопиться и нервничать. И еще, мисс Хагис, попросите шефа, когда он здесь закончит, послать пакет бутербродов в кабинет мистера Карсона… Да, да, большой пакет с бутербродами и с ростбифом.

На следующий день, когда зачитывали результаты экзаменов, Памела сидела за своим столом у окна. Мистер Чаффли начал речь со слов: «У меня для вас хорошие новости. Экзамены сдали все». Она вспыхнула от счастья, когда прочитали ее фамилию с хорошими, хотя не блестящими отметками. Она улыбалась и что-то радостно говорила кому-то, но мысли ее были очень далеко. И не в Индии, и не в Африке или в Америке, а в рабочем кабинете на другой стороне аэродрома, где молодой мужчина с суровым лицом и очень добрыми глазами, может быть, думает о ней, может быть, даже мечтает встретить ее вернувшейся из первого полета, к которому она так стремилась.

Глава 2

И вот наступил день первого полета Памелы Хагис. Она стояла у больших стенных часов в. пищеблоке аэропорта. Прямо под часами на доске висело расписание дневных вылетов, оформленное в виде аккуратно начерченных квадратов. В пятом квадрате снизу стоял рейс 404 до Парижа, фамилия командира — Николсон, стюардесса — мисс Уэнворт, и маленькими буквами, которые так много значили для нее, написано мелом: «Внештатная стюардесса — мисс Хагис».

До полета оставался только один час. Памела наблюдала за выражением лица Клары Уэнворт, внимательно проверяющей наличие провизии и многих других вещей, необходимых для полета, и подписывающей разные накладные и другие документы, сверяя их со списком пассажиров.

— Первый полет? — Клара вопросительно посмотрела на Памелу и, не дожидаясь ответа, предупредила: — Полет будет трудным. Тридцать пять пассажиров, из них шесть детей.