– Аллен! – сердито воскликнула она, но Ронни оборвал ее:

– Послушайте, мисс Уэллс, задавать вопросы – моя работа. – Он озарил ее искренней дружеской улыбкой. – Вы мне нравитесь. Это что-то необычайное – встретить девушку, которая приехала в Нью-Йорк не для того, чтобы стать актрисой или манекенщицей. – Он пристально посмотрел на нее. – Какое своеобразное лицо. Вы могли бы заработать целое состояние, если бы захотели. Если бы вас только увидели в фирме Пауэрса или Лонгуорта, вы могли бы стать даже богаче, чем ваш друг. – Он подмигнул Джино.

– Если бы она захотела работать, мы купили бы ей дом моделей, – проревел Джино. – Но она останется дома и будет воспитывать детей.

– Мистер Купер… – лицо у Анны горело. Вмешался Аллен:

– Отец, давай обо всем по порядку. Ронни засмеялся.

– А вот и твоя подруга, Джино. Ей известна эта новость?

Они подняли глаза на высокую девушку с божественно идеальной фигурой. Не вставая, Джино подвинулся и похлопал по сиденью кресла.

– Знакомься, это Адель Мартин. Садись, крошка, и познакомься с Анной Уэллс, невестой моего сына.

Нарисованные брови Адели взметнулись вверх, образовав две дуги. Все еще не признавая Анну, она переводила взгляд с Аллена на Ронни, желая получить подтверждение услышанному.

Ронни кивнул, его глаза оживленно засветились при виде оцепеневшей Адели. Но та быстро овладела собой. Прижавшись к Джино, она слабо улыбнулась Анне.

– Как это тебе удалось, дорогая? А я вот уже битых семь месяцев пытаюсь окольцевать эту обезьяну. Назови мне твое волшебное слово, и дружно обвенчаемся все вчетвером. – Она с обожанием посмотрела на Джино.

– Ну, ты же у нас профессиональная актриса, Адель, – поддел ее Ронни, подмигнув при этом Джино.

Адель посмотрела на него так, словно хотела испепелить его взглядом.

– Послушай-ка, Ронни, даже для того, чтобы быть хористкой, нужен какой-никакой талант. Так что придержи-ка свои подколы при себе.

Ронни улыбнулся и сунул записную книжку в карман.

– Я считаю, что ты лучшая хористка в городе, Адель.

– Вот и не забывай об этом, – сказала она, несколько смягчившись. – Я отклонила два предложения сниматься в кино, только чтобы остаться здесь, со своим крошкой. – И, изогнувшись, она поцеловала Джино в щеку.

Ронни встал и наклонил голову в знак прощания. Анна увидела, что, едва он подсел за другой столик, к нему быстро подскочил другой официант и поставил перед ним новый кофейник. Ронни стал медленно потягивать кофе, вынув свою черную записную книжку и постоянно бросая пристальные взгляды на входную дверь, фиксируя всех входящих.

Аллен проследил за ее взглядом.

– Ронни славный малый. Наемных репортеров у него нет; всю информацию для своих статей он собирает сам. Адель презрительно усмехнулась.

– Сплетник и проныра.

– Тебя бесит то, что он написал в газете, будто бы о нас ходит молва, что мы помолвлены, – возразил ей Джино.

– Конечно, та его заметка была чертовски обидной. Выставил меня форменной дурой. – Адель улыбнулась. – Так как же, крошка? Не допустишь же ты, чтобы твой сынок обскакал тебя на пути к алтарю.

– У алтаря я уже бывал, – ответил ей Джино. – Со смертью Розанны наступил конец и моей супружеской жизни. Жена у мужчины может быть только одна. Увлечения? Сколько угодно. Но жена – одна.

– И кто же установил такое правило? – спросила Адель.

Джино налил девушке шампанского.

– Адель, забудь об этом, – холодно проговорил он.