— Постойте-ка! Так вы что, совсем безоружны?

— Зато у меня есть конь, который будет получше любого пистолета. Он в два счета умчит меня от любых неприятностей, так что мне даже не придется затевать перестрелку.

— Да уж. Он настоящий красавчик. И все-таки без оружия… а вдруг в дороге что-нибудь случится?

— Что ж, и такое возможно! Но надо уметь огибать острые углы, особенно при такой жизни, как у меня, когда приходиться постоянно помнить о том, что в любой момент с тобой может что-нибудь случиться.

— Ну, у вас-то это небось здорово получается. А теперь вы, наверное, постараетесь исчезнуть из этих мест? Уйдете за границу, в Мексику?

— Да, есть тут одно место, — пробормотал Джим Фэнтом, — чтобы пересидеть до лучших времен. И я их обязательно дождусь! Убежать сейчас я не могу!

— Что же вас держит?

— Кое-что покрепче веревок и наручников, старина.

— И что же это может быть? Ну, конечно, дело ваше, но только я считаю, что у вас есть только один путь, и ведет он прямиком за границу!

— Вот как?

Фэнтом замолчал. Браслет наручника был горячим от трения и обжигал кожу на запястье; но вот зубцы напильника коснулись руки, и обломки наручника с тихим звоном упали на землю.

— Бад Лоринг, ты дождешься, что я тебя выпорю! — снова раздался сердитый голос матери.

— С неё станется, — вздохнул Бад, поспешно вскакивая на ноги, так как они сидели на земле друг напротив друга.

— Подожди минутку, — сказал Фэнтом, разминая затекшие руки и радуясь вновь обретенной свободе. — Ты снял оковы с моих рук. И петлю виселицы с моей шеи. И я, со своей стороны, хочу оставить тебе кое-что на память!

Он подошел к коню, стоявшему поодаль, и расстегнул набитую драгоценностями седельную сумку, не переставая удивляться тому, что никто не додумался заглянуть в нее, когда расседлывали серую кобылу, Злодейку, и перекладывали седло на спину Чернеца. Ну а, с другой стороны, все происходило в такой спешке и суматохе!

Фэнтом запустил руку в сумку, нащупал зашуршавшие под кончиками его пальцев драгоценные камни и зачерпнул небольшую горсточку. Из них он отобрал несколько. В прежние развеселые времена ему нередко приходилось прицениваться и к драгоценным камням, но тогда краденные деньги транжирились им направо и налево, утекая, словно вода сквозь пальцы.

Камни, которые он держал в руках теперь тоже, в некоторым смысле, были краденными, ибо позаимствовал он их из имущества, вверенного ему Куэем. Но он не раздумывал. К тому же Куэй не был столь мелочен, чтобы пожалеть малой толики для расплаты с человеком, благодаря которому его гонец обрел свободу и получил возможность продолжить путь.

Из всей горсти Фэнтом выбрал десяток самых ценных камней. По его подсчетам самый маленький из этих камешков тянул долларов на пятьсот, и поэтому когда он начинал подсчитывать в уме общую стоимость камней, которыми была набита сумка, то цифра получалась столь внушительной, что у него шла кругом голова.

— Вот, возьми! — сказал он мальчику, ссыпая бриллианты ему в ладонь. Бад Лоринг охнул, не в силах вымолвить ни слова от благоговейного страха.

— И вот ещё что, — назидательно проговорил Фэнтом, — ты копался в хламе Холлисона и нашел вот это! Они так и лежали рядом маленькой кучкой.